<<
>>

§ 3.1. Международно-правовая позиция Японии

Базовая официальная позиция Японии по «проблеме Северных территорий» опубликована на вебсайте МИД Японии и звучит следующим образом[615]:

1. «Северные территории» являются исконными территориями Японии[616], в настоящий момент неправомерно оккупируемыми Россией.

2. Переговоры по заключению мирного договора ведутся на основании соглашений и документов, созданных двумя сторонами, таких как Совместная советско-японская декларация 1956 г., Токийская декларация 1993 г., Иркутское заявление 2001 г. и Российско-японский план действий 2003 г.

3. Позиция Японии состоит в том, что, если принадлежность «Северных территорий» Японии будет подтверждена, Япония готова гибко отреагировать на вопросы сроков и порядка их фактического возврата[617] (включая готовность учитывать интересы проживающих на них российских граждан, дабы избежать «трагедии», которой отмечено выселение японских граждан с островов после их занятия СССР).

4. Правительство Японии просит японский народ не въезжать на территорию островов вне рамок договоренностей о безвизовых посещениях до тех пор, пока не будет разрешен территориальный вопрос[618] [619]. Япония не может допустить со стороны третьих лиц какую-либо деятельность, в том числе хозяйственную, которая может быть рассмотрена как подчинение российской «юрисдикции» или может вестись исходя из презумпции существования «юрисдикции» России над территориями.

Кроме того, в позиции МИД Японии содержится прямая ссылка на поддержку этой позиции со стороны США (другие государства не упоминаются).

В действительности аргументов в этой позиции больше. К примеру, в истории «вопроса Северных территорий» на той же Интернет-странице на японском языке раскрывается содержание доводов об «исконных территориях» и их якобы незаконной оккупации со стороны СССР, и контраргумента в связи с отказом СССР в 1960 г.

от Совместной советско-японской декларации 1956 г.619. Так, указывается, что:

а) Япония первой узнала о существовании и установила эффективный контроль над островами к началу XIX века;

б) российская власть никогда не простиралась дальше о. Уруп;

в) Симодский трактат 1855 г. мирным путем установил границу, закрепив фактически существовавшее положение;

г) заняв острова в 1945 г. после того, как Япония приняла Потсдамскую декларацию 1945 г. и японские войска без сопротивления капитулировали, СССР нарушил Пакт о нейтралитете 1941 г., продолжавший действовать до апреля 1946 г.[620];

д) основные принципы послевоенного территориального размежевания закреплены в англо-американской Атлантической хартии 1941 г. и Каирской декларации 1943 г., закреплявших запрет территориальной экспансии, который СССР нарушил в 1945 г.;

е) «Северные территории» были приобретены на основании Симодского трактата 1855 г. и Санкт-Петербургского трактата 1875 г., а не путем «насилия и алчности» и поэтому не подпадают под положения Каирской декларации 1943 г. и подтвердившей ее Потсдамской декларации 1945 г. об отторжении территорий от Японии;

ж) Меморандум № 677 лишь временно ограничил японский контроль и право на управление определенными островными территориями;

з) спорные четыре острова не включены в понятие «Курильских островов», от которых Япония отказалась в соответствии с Сан-Францисским договором 1951 г.;

и) СССР не подписал Сан-Францисский договор 1951 г. и не вправе ссылаться на него;

к) Совместная советско-японская декларация 1956 г. является международно-правовым документом, который не может быть изменен в одностороннем порядке, и кроме того подтверждена в качестве одного из действующих международных договоров, на основании которого должен решаться территориальный вопрос, начиная с Токийской декларации 1993 г.621.

И данный перечень тоже не исчерпывает содержание позиции Японии. Как представляется, он очерчивает только «наступательные» доводы, при этом в нем опускаются возражения на отдельные аспекты российской позиции.

Так, никак не комментируется наличие спора или проблемы вопреки заявлениям российской стороны о его отсутствии. Кроме того, полный аргумент о правовом титуле Японии в силу международных договоров XIX века не включает обоснование того, что такие договоры продолжили действовать невзирая на Русскояпонскую войну 1904-1905 годов. Не отражен в базовой позиции и ответ на ссылки России на Ялтинское соглашение 1945 г., которое Япония считает недействительным по трем причинам: поскольку оно является, согласно ее заявлениям, «секретным» соглашением, поскольку Япония в нем не участвовала, и, наконец, поскольку оно не обладает обязательным характером и является лишь выражением намерения, согласно позиции, занятой в отношении данного соглашения США622. Можно предположить, что неуказание этих трех аспектов в базовой позиции или описании истории «проблемы Северных территорий» связано с нежеланием Японии создать впечатление признания обоснованности подобных возражений, либо, в случае [621] [622]

Ялтинского соглашения 1945 г. - согласия с его относимостью к спору[623] [624]. Такие доводы

-624

дополняются юридической и исторической литературой .

Общие оценки позиции Японии специалистами расходятся. Дж. Стефан указывает на подрывающие кажущуюся убедительность японской позиции[625] «неточности, расхождения и упущения», такие как игнорирование фактов, свидетельствующих о российской истории «связей» с южно-курильскими островами, того, что СССР присоединился к Атлантической хартии с оговоркой, которая, по его мнению, давала возможность для «территориальных приобретений»[626], а также невыгодного для Японии «общего понимания», что «Курильские острова» по Сан-Францисскому договору 1951 г. включали о-ва Кунашир и Итуруп. Вместе с тем, в пользу «возврата» Японии «Северных территорий» высказываются, например, французский лингвист Т. Морманн[627], историк Д.

Даунинг[628]; в российской литературе к позиции об обоснованности требований Японии, полностью или частично (к некоторым доводам) присоединяются японовед и юрист В.Н. Еремин и правовед С.М. Пунжин[629]. Доводы Японии и специалистов раскрываются ниже.

Первооткрытие и первоосвоение островов. Некоторые японские ученые утверждают, что Япония вступила в «контакт» с северными территориями еще в 658 г. н.э. и что японцы

исследовали их в XVII — XVIII веках[630]. Более правдоподобно звучат другие две версии данного довода: первая предполагает заявление этого аргумента не самого по себе, но в контексте довода о содержании понятия «Курильских островов»[631]; вторая опирается не на освоение островов самими японцами, а на «распространение японского контроля над островами, первоначально заселенными айну» [632] . Здесь учитываются действия клана Мацумаэ по исследованию и освоению этих территорий, например, составление первых карт о-вов Кунашир и Итуруп в 1635 г., получение «дани» от айну о-вов Кунашир и Итуруп с 1731 г., установление торгового «округа» на о. Кунашир в 1754 г., направление на о. Кунашир с 1754 г. лиц, ответственных за администрацию, торговлю и рыболовство, действия миссий, направленных сёгунатом (т.е. центральным правительством Японии) в 1785 и 1786 г. на о-ва Итуруп и Кунашир, которые исследовали острова, возвели таблички на о-вах Итуруп и Кунашир о принадлежности их Японии, а также помещение указанных островов под прямой контроль с 1799 г.[633]. Согласно данному аргументу, какое-либо русское влияние в регионе никогда не простиралось за пределы о. Уруп в том числе из-за японских мер по обеспечению безопасности[634], и, к тому же, «Россия никогда не претендовала и физически не занимала о-ва Шикотан или Хабомаи до сентября 1945 г.»[635]. Приводятся и иные действия по управлению островов, но они относятся к периоду после 1868 г.[636], т.е.

после заключения Симодского трактата 1855 г. Указанные свидетельства на первый взгляд убедительны, однако специалисты указывают и на их недостатки: в контексте политики sakoku (самоизоляции) Японии, которая велась сёгунатом с 1641 по 1853 гг. и означала, что Эдзо (о. Хоккайдо) не признавался частью Японии [637] , при анализе действий, на которые опирается Япония в рассматриваемом аргументе, возникают сложности с определением их характера как effectivites, или с установлением animus occupandi, намерения присвоить территорию[638]. Политические изменения внутри Японии также рождают сомнения в том, поддерживалось ли предположительное изначальное завладение островами экспедицией 1798 г. до момента восстановления прямого управления над спорными островами сёгунатом в 1854 г.

Симодский трактат 1855 г. и Санкт-Петербургский трактат 1875 г. закрепили правовой титул за Японией мирным путем, поэтому «Северные территории» не подпадают под положения Каирской декларации 1943 г. и Потсдамской декларации 1945 г. Суть данного довода состоит в том, что поскольку Япония приобрела южно-курильские острова мирным путем в XIX веке, они не подпадают под положение Каирской декларации 1943 г. об изгнании Японии «со всех других территорий, которые она захватила при помощи силы и в результате своей алчности». Потсдамская декларация 1945 г. приводится здесь как подтвердившая эти положения Каирской декларации 1943 г. и закрепившая, что «японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и теми менее крупными островами, которые мы укажем», - т.е., по толкованию японской стороны, указывающая на то, что такие менее крупные острова включают только территории, захваченные силой, и, тем самым, исключают южно-курильские острова. Отдельно в литературе высказывается предположение о возможности толковать соответствующие статьи Симодского трактата 1855 г. и Санкт- Петербургского трактата 1875 г. о цессии «Курильских островов» как об относящие к этому понятию только северную часть архипелага.

Нарушение СССР Пакта о нейтралитете 1941 г. В соответствии с условиями Пакта он должен был действовать до апреля 1946 г., а заявление СССР о намерении денонсировать Пакт, по утверждениям Японии, не означало прекращения его действия; тем самым, вступив в войну с Японией вопреки обязательствам по данному документу, СССР нарушил его положения[639] [640] [641]. В сочетании с заявляемым Японией нарушением СССР при «оккупации» островов положений Атлантической хартии 1941 г. и Каирской декларации 1943 г. о запрете территориальной экспансии, приобретение их с помощью силы (или, по квалификации некоторых авторов, на основании завоевания, на тот момент уже запрещенного международным правом ) нельзя, как

641

утверждают японские правоведы, считать правомерным .

Ялтинское соглашение 1945 г. «недействительно и/или не является обязательным для Японии». Ялтинское соглашение 1945 г. оспаривается Японией на том основании, что оно является секретным соглашением (англ. secret agreement) по международному праву, а также, в любом случае, не определяет понятие «Курильских островов» и оставляет его определение на усмотрение Союзных держав [642] . В любом случае, согласно заявлениям американских должностных лиц, Ф.Д. Рузвельт не согласился на цессию островов, но лишь «пообещал поддержать советские требования на конференции по мирному договору»[643].

Меморандум № 677 не установил окончательный территориальный состав Японии. Это утверждение опирается на п. 6 Меморандума. В связи с этим документом не заявляется отдельный довод, в том числе, и в литературе; вместе с тем, он используется для толкования понятия «Курильских островов» как свидетельство того, что в понимании союзников они не включали о-ва Хабомаи и о. Шикотан, указанные в нем отдельно от «Курильских»[644].

Южно-курильские острова не входят в понятие «Курильских островов» по смыслу Сан- Францисского договора 1951 г. Япония не спорит с тем, что Сан-Францисский договор 1951 г. является обязательным для нее, но возражает против того, что «Северные территории» входят в понятие «Курильских островов» по указанному договору[645]. Существует несколько версий того, когда именно этот довод был заявлен впервые. По мнению японского исследователя Х. Вады, первая попытка отделить «Северные территории» от «Курильских островов» по мирному договору была сделана в петиции, направленной Общественным объединением Хоккайдо в японское Министерство иностранных дел в июне 1949 г.: в ней указывалось, что Курильские острова - это 28 островов к северу от о. Уруп включительно[646]. Также указывается, что впоследствии, в 1950 г., в Комитете по внешним сношениям японского парламента депутат от Хоккайдо высказался о том, что в «архипелаг Тисима» входят только острова от о. Итуруп на север. С этим не согласился директор Бюро политических дел К. Симао, ответивший, что по мнению его подразделения «Курильские острова», упоминаемые в мирном договоре и Ялтинском соглашении 1945 г., охватывают южно-курильские острова, кроме о-вов Шикотан и Хабомаи, на что депутат от Хоккайдо возразил, что это противоречит положениям Санкт- Петербургского трактата 1875 г.[647]. По другим источникам, данный довод был впервые озвучен 11 февраля 1956 г. в ответе заместителя Министра иностранных дел Японии К. Мориситы на вопрос парламентского Комитета по внешним сношениям, что это понятие не включает о-ва

Итуруп и Кунашир (тогда как о-ва Шикотан и Хабомаи и до этого считались в Японии частью о. Хоккайдо) [648] . В толковании понятия «Курильские острова», таким образом, Япония обращается к Симодскому трактату 1855 г., Санкт-Петербургскому трактату 1875 г., указывая, что в нем не перечислялись спорные о-ва Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи[649], а также к Ялтинскому соглашению 1945 г. (по всей вероятности, в понимании США) и, разумеется, к Сан-Францисскому договору 1951 г.

В литературе этот аргумент проработан лучше других. «Тщательные исследования», пишет Дж. Стефан, ссылаясь на публикации японских ученых Т. Хоро, Ю. Такано, а также советского специалиста Д.В. Петрова, показывают, что является «ошибочным» японский довод о том, что все южно-курильские острова не входят в понятие «Курильских»[650]. Здесь он вновь подчеркивает, что С. Йосида не делал различия между Курильскими и якобы не-Курильскими островами на конференции по мирному договору или впоследствии в Парламенте, и при упоминании японскими должностными лицами Курильских островов в 1951 г., они имели в виду все острова между о. Хоккайдо и п-овом Камчаткой, кроме о-вов Шикотан и Хабомаи; не заявлял о том, что о-ва Итуруп и Кунашир являются японскими, и американский делегат на конференции Дж.Ф. Даллес [651]. Таким образом, о-ва Шикотан и Хабомаи рассматриваются в источниках отдельно от о-вов Итуруп и Кунашир (так, например, C. Шарма указывает, что Япония считает продолжением о. Хоккайдо о-ва Шикотан и Хабомаи, но «Курильскими» по Сан-Францисскому договору 1951 г. не признает и о-ва Итуруп и Кунашир[652]).

Наиболее подробно данный аргумент Японии в отношении о-вов Итуруп и Кунашир, с одной стороны, и о-вов Шикотан и Хабомаи, с другой, оценил корейский правовед С. Ли. По его мнению, довод об исключении о-вов Итуруп и Кунашир из понятия «Курильских островов» не подтверждается японскими и некоторыми американскими источниками: определением «Курильского архипелага» в Большом японском историческом словаре 1988 г. издания, заявлением Директора Международно-договорного отдела МИД Японии К. Нисимуры от 19 октября 1951 г.[653], речью Премьер-министра Японии С. Йосиды на конференции по мирному договору от 7 сентября 1951 г., где были упомянуты «южно-курильские о-ва Итуруп и Кунашир» [654] , а также отсылкой к ним как к «южно-курильским» в мемуарах Премьер- министра, несколькими меморандумами Государственного департамента США, петицией Генералу Д. МакАртуру от Собрания префектуры Хоккайдо, заявлением Социалистической партии Японии 1950 г., текстом заявления Сената США о ратификации Сан-Францисского договора 1951 г., Меморандумом № 67 7[655], а также точкой зрения К. Того, сотрудника МИД Японии, участвовавшего в российско-японских переговорах в период 1985-2001 гг.[656].

Что касается о-вов Шикотан и Хабомаи, то здесь правовед также перечисляет факты и источники, которые могут свидетельствовать против довода Японии, такие как факт отсутствия протестов со стороны Союзных держав или Главнокомандующего Союзных держав против занятия советскими войсками всех южно-курильских островов, включая о-ва Хабомаи, исключение их при определении зоны, в которой Японии разрешалось вести рыболовный промысел, меморандум географа при Государственном департаменте США С.У. Боггса, который не нашел какое-либо основание для сохранения о-вов Хабомаи Японией, а относительно о. Шикотан высказался, что решительный перевес доказательств, которые бы говорили о его включении в или исключении из состава Курильских, отсутствует[657]. Таким образом, по мнению С. Ли, хотя позиция Японии об исторической принадлежности ей и мирном приобретении спорных островов «немного» убедительнее российской, «может быть затруднительно доказать», что о-ва Итуруп, Кунашир и Шикотан не являются «Курильскими» по смыслу Сан-Францисского договора 1951 г. [658] . Позиция Японии относительно о-вов Хабомаи, соответственно, наоборот им поддерживается.

Отдельную часть этого аргумента составляет утверждение Японии о том, что, поскольку в Сан-Францисском договоре 1951 г. не указано государство, приобретавшее «Курильские острова», от которых она отказалась, их занятие СССР неправомерно[659]. Сюда, вероятно,

следует отнести изложенный выше исторический аргумент Японии о том, что спорные четыре острова никогда не являлись частью какого-либо государства, кроме Японии[660].

Положения Совместной советско-японской декларации 1956 г. о передаче о-вов Шикотан и Хабомаи продолжают действовать для России. Этот аргумент изложен в ноте, направленной Японией в ответ на полученную от СССР в 1960 г. ноту о том, что о-ва Шикотан и Хабомаи будут переданы Японии по декларации 1956 г. только после того, как из Японии будут отозваны все иностранные войска и будет заключен мирный договор[661]. В японской ноте подчеркивалась, что обязательство передать острова не связана с заключением Договора о сотрудничестве и безопасности с США, а также что Совместная декларация 1956 г. была ратифицирована и, следовательно, представляла собой международный договор, который не мог быть расторгнут в одностороннем порядке [662]. Признавая обязательность Совместной декларации 1956 г., Япония не отказывается от требований в отношении о-вов Итуруп и Кунашир и не считает ее мирным договором, разрешившим все вопросы с Россией[663].

<< | >>
Источник: Неверова Евгения Владимировна. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ЮЖНО-КУРИЛЬСКИХ ОСТРОВОВ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2018 Москва. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 3.1. Международно-правовая позиция Японии:

  1. 3. Международно-правовое сотрудничество,направленное на противодействие использованиюбанковских систем в преступных целях
  2. ВаЖнейшие меЖдународно-праВоВые события и факты
  3. § 3. Международно-правовые проблемы в связи с изменением климата Земли
  4. § 1. Международно-правовая охрана окружающей среды Арктики
  5. § 3. Международно-правовые проблемы по управлению биоресурсами и охрана окружающей среды Каспийского моря
  6. Глава IX. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ОТ РАДИОАКТИВНОГО ЗАГРЯЗНЕНИЯ
  7. Современный международно-правовой режим космического пространства и небесных тел
  8. § 3. Международное «мягкое право» в международной правовой системе и законодательстве иностранных государств
  9. §2. Предпосылки международно-правового регулирования труда на региональном уровне.
  10. §2. Незаконное изъятие и использование человеческих органов как основная проблема международно-правового регулирования в области трансплантологии
  11. §3. Международно-правовые проблемы разграничения деяний «торговля людьми» и «незаконный оборот человеческих органов»
  12. §1. Общие положения международных договоров, направленные против злоупотребления правом. Влияние «мягкого права» (soft law) на формирование международно-правовых норм
  13. § 3.4. Наука международного права о международно-правовой ответственности за нарушение установок Устава ООН о неприменении силы в международных отношениях
  14. § 1.3. Современные тенденции международно-правового решения вопросов территории
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -