§ 1. Административные наказания за нарушения антимонопольного законодательства РФ в системе мер административного принуждения

В научной литературе подчеркивается необходимость глубокого исследования административных наказаний ввиду их значимой роли в обеспечении законности и правопорядка. В современных условиях такой анализ проводил И.В.

Максимов, исследовавший специфику административного наказания как выражения реакции государства на административное правонарушение на основе анализа конституционных и международно-правовых установлений, определяющих свободу отдельной личности в рамках общества[315]. Социально-правовой аспект административных наказаний рассмотрел в докторской диссертации А.С. Дугенец[316]. Концептуально значимым является также исследование административных наказаний, проведенное П.П. Серковым, который изучал административные наказания «в контексте публичных и частных интересов правонарушителя (субъективный срез)»[317]. Богатая проблематика, в том числе касающаяся эффективности административных наказаний, рассмотрена в работах О.С. Рогачевой[318]. К настоящему времени проведен ряд исследований отдельных административных наказаний[319].

Административное наказание есть мера государственного принуждения (мера ответственности), осуществляемого помимо воли лица, в отношении которого оно применяется. Оно является ответной негативной реакцией государства на совершенное административное правонарушение в целях защиты правопорядка, воспитательного воздействия на членов общества, предупреждения совершения новых правонарушений как лицом, его совершившим (частная превенция), так и иными лицами (общая превенция).

В литературе отмечается, что содержание административного наказания - это «правовой урон», состоящий в причинении виновному морального, физического или материального ущерба, который, однако, не является самоцелью[320]. Кара состоит в претерпевании наказанным определенных страданий, лишения, ухудшения своего правового положения[321]. В соответствии с ч. 1 ст. 3.1 КоАП РФ административное наказание не может иметь своей целью унижение человеческого достоинства физического лица, совершившего административное правонарушение, или причинение ему физических страданий, а также нанесение вреда деловой репутации юридического лица.

Весьма точно цели установления мер административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства назвал Конституционный Суд РФ: предупреждение совершения новых правонарушений как самими правонарушителями, так и другими лицами, стимулирование правомерного поведения хозяйствующих субъектов, иных лиц, а также необходимость защиты российского рынка, развития национальной экономики, обеспечения наиболее эффективного использования инструментов антимонопольного контроля и регулирования, т. е. реализация значимых задач экономической политики Российской Федерации[322].

За совершение административных правонарушений в сфере антимонопольного регулирования законодательством предусмотрены такие наказания как штраф и дисквалификация. Оба наказания являются основными. Применяемые наказания, а также порядок их определения и назначения за совершение отдельных антиконкурентных административных правонарушений имеют существенные особенности.

Штраф представляет собой денежное взыскание. Как справедливо указывается в литературе, штраф - это материальная санкция, выражающаяся в принудительном взыскании в доход государства денежных средств в сумме и в порядке установленных КоАП РФ[323]. Штраф - самый распространенный вид наказания и, по утверждению И.В. Максимова, является «первым из ныне известных административных наказаний»[324]. Он предусмотрен почти во всех санкциях статей КоАП РФ, охраняющих антимонопольные запреты. По официальным данным, в 2012 году в качестве штрафов за нарушение антимонопольного законодательства в бюджет поступило 6 млрд 984 млн. руб. что почти в три раза превышает расходы государства на содержание антимонопольной службы[325].

Административный штраф за нарушение антимонопольного законодательства согласно действующему КоАП РФ может назначаться: 1) в виде определенной денежной суммы с верхним и нижним пределом (фиксированный штраф); 2) кратно выручке правонарушителя от реализации товара, на рынке которого совершено административное правонарушение, либо сумме его расходов на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение (оборотный штраф); 3) кратно начальной продажной стоимости предмета торгов (ч. 1 ст. 14.32 КоАП РФ).

Фиксированный штраф закреплен, например, в ч. 1 ст. 14.9, ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ и в других статьях. Фиксированный штраф предусмотрен как для физических (должностных), так и в ряде случаев для юридических лиц.

Злоупотребление доминирующим положением, предусмотренное ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, заключение антиконкурентного соглашения, осуществление ограничивающих конкуренцию согласованных действий (ч. 1 ст. 14.32), координация экономической деятельности, квалифицированный состав недобросовестной конкуренции (ч. 2 ст. 14.33) влечет для хозяйствующих субъектов- юридических лиц наложение оборотного штрафа. Оборотным его называют потому, что он исчисляется в процентном отношении от оборота, т. е. от выручки правонарушителя от реализации товара, на рынке которого совершено административное правонарушение, либо суммы расходов правонарушителя на приобретение товара, на рынке которого совершено правонарушение, за календарный год, предшествующий году, в котором оно было выявлено, либо за предшествующую дате выявления часть календарного года, в котором было выявлено административное правонарушение, если правонарушитель не осуществлял деятельность по реализации товара (работы, услуги) в предшествующем календарном году (п. З ч. 1 ст. 3.5 КоАП РФ).

Причинами введения в КоАП РФ оборотного штрафа, по словам разработчиков соответствующего законопроекта, послужила неэффективность государственного антимонопольного контроля как следствие предусмотренных ранее фиксированных штрафов, а также отсутствие стимулов для добросовестного рыночного поведения и соблюдения требований антимонопольного законодательства[326]. В литературе справедливо указывается, что штрафы, являясь одним из инструментов антимонопольной политики, должны иметь достаточное превентивное действие[327]. Само по себе применение «кратных» административных штрафов прошло проверку на конституционность и было признано соответствующим Конституции РФ как право законодателя определять наиболее эффективные инструменты регулирования[328].

Неоспоримым достоинством оборотного штрафа является его направленность на обеспечение соразмерности наказания тяжести совершенного деяния, поскольку размер такого штраф, как отмечает И.В. Максимов, устанавливается в зависимости от содержания объективной стороны правонарушения[329]. Однако с этим достоинством граничит один важный недостаток: конкретные пропорции штрафа должны быть адекватными, в противном случае ни о какой соразмерности речи быть не может.

Оборотный штраф в соответствии с КоАП РФ применяется только к хозяйствующим субъектам - юридическим лицам, притом как судами, так и антимонопольными органами. Формула расчета оборотного штрафа закреплена в санкциях антимонопольных статей. Например, в ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ оборотный штраф по общему правилу составляет от 1 до 15 % выручки от реализации товара или размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара в границах конкретного товарного рынка. Однако если сумма выручки от реализации конкретного товара превысит 75 % совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров или административное правонарушение совершено на рынке товаров, реализация которых осуществляется по регулируемым в соответствии с законодательством Российской Федерации ценам или тарифам (далее - совокупная выручка) - в размере от трех тысячных до трех сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара, либо размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара, на рынке которого совершено административное правонарушение.

Размер оборотного штрафа, назначаемого хозяйствующему субъекту, может составлять значительную денежную величину, многократно превышающую верхнюю границу определенного в рублях по общему правилу штрафа для юридического лица (1 млн руб. в соответствии со ст. 3.5 КоАП РФ). Тем самым штраф как вид наказания может значительно ограничивать право собственности и свободу экономической деятельности. Так, в 2008- 2009 гг. за злоупотребление доминирующим положением ОАО «Газпромнефть» был назначен штраф 4 млрд 680 млн 659 тыс. 455 руб. 50 коп.[330] Конституционный Суд РФ указал: «Федеральный законодатель должен стремиться к тому, чтобы устанавливаемые им размеры административных штрафов в совокупности с правилами их наложения позволяли в каждом конкретном случае привлечения юридического лица к административной ответственности обеспечивать адекватность применяемого административного принуждения всем обстоятельствам, имеющим существенное значение для индивидуализации ответственности и наказания за совершенное административное правонарушение»[331]. В науке предложены меры по обеспечению такой адекватности, однако, пока они в полной мере законодателем не восприняты[332].

Оборотный штраф имеет верхнюю границу - 4 % совокупной выручки (ч. 4 ст. 3.5 КоАП РФ). Однако ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ устанавливает пониженный по сравнению с общим верхний предел - 2 % совокупной выручки. Оборотный штраф может исчисляться не только от выручки, но и от суммы расходов правонарушителя на приобретение товара в границах конкретного товарного рынка. Такой механизм направлен на борьбу с монопсонией - ситуацией на рынке, при которой большей рыночной властью обладает покупатель, а не продавец. Согласно п. 1 прим, к ст. 14.31 КоАП РФ выручка от реализации товаров (работ, услуг) и расходы на приобретение товаров (работ, услуг) определяются в соответствии с налоговым законодательством.

На практике может возникнуть ситуация, при которой расчет оборотного штрафа может оказывается невозможным. Для таких случаев, а также для случаев небольшого оборота правонарушителя законодатель предусмотрел нижнюю границу штрафа в санкциях соответствующих статей (например, в ч. 2 ст. 14.33 - 100 тыс. руб.). В судебной практике имеются случаи изменения судом назначенного наказания до минимального штрафа при неправильном расчете антимонопольным органом его размера.

Так, ОАО «РЖД» за введенный запрет на подачу и погрузку в полувагоны инвентарного парка любой другой номенклатуры груза кроме угля для нужд ЖКХ и в адрес энергетических предприятий (злоупотребление доминирующим положением) было привлечено к административной ответственности в виде оборотного штрафа в размере 82 млн 240 тыс. 750 руб.[333]. Однако антимонопольный орган допустил ошибку при определении границ рынка и неверно рассчитал штраф, что и отметил апелляционный суд. Исходя из этого он применил п. 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 г. № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» которым разъяснено, что суд, установив отсутствие оснований для применения конкретной меры ответственности, руководствуясь ч. 2 ст. 211 АПК РФ, принимает решение о признании незаконным и об изменении оспариваемого постановления в части назначения наказания. В данном случае в резолютивной части решения указывается мера ответственности, назначенная судом. Штраф был снижен с 82 млн. 240 тыс. 750 руб. до 100 тысяч рублей. Думается, что такое наказание, вынесенное только потому, что нет другого выхода, может быть несправедливым и не учитывать характер совершенного деяния, финансовое положение нарушителя и иные обстоятельства, подлежащие учету. Как отмечается в литературе, подобная практика означает фактический уход правонарушителя от того объема административной ответственности, который заложен в санкции соответствующей охранительной нормы[334].

Следует отметить, что ранее Президиум ВАС России высказался по подобному вопросу, указав на обязанность суда назначить иную меру наказания при несогласии с содержащейся в постановлении административного органа. Так, ОАО «Фармация» было признано нарушившим ст. 10 Закона о защите конкуренции ввиду несоблюдения установленного порядка ценообразования на лекарственные средства, входящие в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств, и завышения торговых надбавок на лекарственные средства, не входящие в названный перечень[335]. Оба нарушения были вменены ОАО как злоупотребление на одном и том же рынке - рынке розничной торговли лекарственными средствами и изделиями медицинского назначения в определенных географических границах. Исходя из этих продуктовых границ рынка была рассчитана выручка правонарушителя и соответственно штраф. Суды первой и апелляционной инстанций не установили часть нарушений, содержащихся в постановлении о назначении наказания, а именно завышения торговых надбавок на лекарственные средства, не входящие в Перечень и обязали антимонопольный орган произвести перерасчет суммы штрафа. Президиум ВАС России, пересматривая судебные акты в порядке надзора, позицию нижестоящих судов не поддержал, указав на необходимость самостоятельного назначения судом наказания с учетом всех обстоятельств по делу. При этом суды обладали необходимыми показателями для расчета оборотного штрафа (ведь изменилось лишь количество противоправных эпизодов, а не границы рынка и показатель выручки) и могли самостоятельно определить справедливую меру наказания.

Санкцией ч.І ст. 14.32 КоАП РФ оборотному штрафом в качестве альтернативы предусмотрен также штраф, рассчитанный от начальной стоимости предмета торгов - «от одной десятой до одной второй начальной стоимости предмета торгов» (проблемы, связанные с применением такого порядка расчета штрафа рассмотрены в параграфе, посвященном антиконкурентным соглашения и согласованным действиям).

Наиболее значимые деяния хозяйствующих субъектов в сфере конкуренции определяются в конечном счете их должностными лицами. C этой точки зрения привлечение организаций к административной ответственности за совершение антиконкурентных противоправных деяний, ставших возможными в связи с деятельностью конкретных должностных лиц, в некоторой степени служит средством «размывания» ответственности. Такая ситуация при определенных обстоятельствах (например, при несоразмерно низком размере штрафа в сравнении с материальным положением организации) может не способствовать укреплению правопорядка в сфере конкуренции. В связи с этим эффективной мерой «персональной» административной ответственности является дисквалификация.

Как отмечается в литературе, дисквалификация - эффективный способ превенции административных правонарушений, так как исключает субъекта из определенной сферы общественных отношений и лишает его фактической и юридической возможности совершить аналогичное правонарушение[336].

Дисквалификация - достаточно молодой вид наказания в российском административном праве. В качестве наказания за совершение антиконку- ретных правонарушений она стала применяться одновременно с появлением антиконкурентных составов (ст. 14.31- 14.33), внесенных в КоАП РФ Федеральным законом от 09.04.2007 № 45-ФЗ. Дисквалификация применяется только судом и только к физическим лицам. Однако дисквалифицированы могут быть не любые физические лица, а лишь специальные субъекты: публичные служащие (лица, замещающие должности государственной гражданской службы или муниципальной службы), индивидуальные предприниматели, лица, осуществляющие управление юридическим лицом (выполняющие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в органе юридического лица, члены совета директоров (наблюдательного совета), лица, занимающиеся определенной профессиональной деятельностью (тренеры, специалисты по спортивной медицине и др.), а также другие лица, указанные в ч. 3 ст. 3.11 КоАП РФ.

Фактически дисквалификация - это предусмотренная законом мера ограничения конституционного права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч. 1 ст. 34 Конституции РФ). Как отмечается в литературе, дисквалификация заключается в поражении отдельных прав, которое состоит из двух карательных элементов: лишение права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью[337] .

Согласно ст. 3.11 КоАП РФ дисквалификация заключается в лишении права замещать должности федеральной государственной гражданской службы, должности государственной гражданской службы субъекта РФ, должности муниципальной службы, занимать должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством РФ, либо деятельность по предоставлению государственных и муниципальных услуг либо деятельность в сфере подготовки спортсменов (включая их медицинское обеспечение) и организации и проведения спортивных мероприятий, либо деятельность в сфере проведения экспертизы промышленной безопасности, либо медицинскую деятельность или фармацевтическую деятельность.

В настоящее время дисквалификация предусмотрена за совершение большинства административных правонарушений в сфере антимонопольного регулирования. Она относится к числу длящихся наказаний и может быть назначена на срок от шести месяцев до трех лет.

Юридическим последствием дисквалификации для наказанного является прекращение договора (контракта) с ним. Так, согласно п. 5 ч. 2 ст. 39 ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» от 27.07.2004 № 79-ФЗ применение к гражданскому служащему административного наказания в виде дисквалификации влечет прекращение служебного контракта, освобождение от замещаемой должности и увольнение с гражданской службы. Как специальное основание для расторжения трудового договора с муниципальным служащим дисквалификация закреплена в п. 4 ч. 1 ст. 19 ФЗ от 02.03.2007 № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской Федерации». Для «частных» дисквалифицированных, работающих по трудовому договору, правовое основание для его прекращения содержится в п. 8 ч. 1 ст. 83 TK РФ.

В литературе отмечается, что в круг административно-принудительных мер в сфере антимонопольного регулирования входят меры, носящие штрафной характер, но не являющиеся формально административными наказаниями: взыскание в бюджет незаконно полученного дохода[338], принудительное разделение (выделение) юридического лица[339], принудительная ликвидация юридического лица[340]. Некоторые ученые называют их квазиадминистративной ответственностью[341]. Существование квазиадминистративной ответственности оценивается, как правило, отрицательно[342].

Закон о защите конкуренции предусматривает такое полномочие антимонопольного органа, как выдача хозяйствующим субъектам предписания о перечислении в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства (пп. «к»п. 2 ч. 1 ст. 23). В списке видов административных наказаний данная мера не значится (ст. 3.2 КоАП РФ). В теории и практике возник вопрос: можно ли применять данную принудительную меру наряду с мерами административной ответственности.

ВАС РФ указал, что и взыскание в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства, и штрафы, предусмотренные КоАП РФ, являются мерами публичной ответственности за одни и те же нарушения антимонопольного законодательства, применение которых одновременно недопустимо[343]. Однако Конституционный Суд РФ спустя год подчеркнул, что предписание о перечислении в бюджет незаконно полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства дохода носит не штрафной, а компенсаторный характер. Эта мера призвана обеспечивать восстановление баланса публичных и частных интересов путем изъятия доходов, полученных хозяйствующим субъектом в результате злоупотреблений, и компенсировать таким образом не подлежащие исчислению расходы государства, связанные с устранением негативных социально-экономических последствий нарушения антимонопольного законодательства[344]. Это, по мнению Конституционного суда РФ, не препятствует выдаче подобных предписаний параллельно с мерами ответственности, носящими штрафной характер.

C учетом обязательности решений Конституционного Суда РФ этот вопрос можно считать принципиально решенным. Чего нельзя сказать о теории. C учеными, поддерживающими позицию Конституционного Суда РФ[345], не соглашаются авторы, которые настаивают на штрафном характере анализируемой меры[346]. А. Султанов указывает, что «единственное, что отличает данную меру от оборотных штрафов, установленных в КоАП РФ, - это способ исчисления санкции»[347].

Чтобы попытаться разрешить обозначенную проблему, выделим признаки такой меры принуждения, как предписание о перечислении в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, и сопоставим их с признаками административного наказания.

1. Выдача предписания о перечислении в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, может применяться только в случае нарушения хозяйствующим субъектом антимонопольного законодательства. Административное наказание является ответной реакцией государства на административное правонарушение. Однако не всякое нарушение антимонопольного законодательства есть административное правонарушение. Административным правонарушением будет только такое нарушение закона, за которое законом предусмотрена административная ответственность.

Таким образом, различия между сравниваемыми мерами по настоящему признаку лежат в формальной плоскости - административной наказуемости. При этом в обоих случаях имеет место противоправность деяния как основание применения данных мер, что их сближает.

2. Принуждение хозяйствующего субъекта к перечислению денежных средств в бюджет производится в связи с негативной оценкой государства противоправного деяния (как и в случае применения административного наказания). По этому признаку отграничить взыскание незаконно полученного дохода в бюджет от административного наказания возможным также не представляется.

3. Как уже сказано, ключевым признаком административного наказания является «правовой урон», «кара». Обязание лица перечислить в бюджет доход, полученный в результате нарушения антимонопольного законодательства, осуществляется помимо воли хозяйствующего субъекта и ущемляет его права в имущественной сфере: собственность переходит в собственность государства. Данное обстоятельство сближает его с административным штрафом и конфискацией предмета административного правонарушения. Однако такое сближение только видимо. Как таковая «кара» при лишении незаконно полученного денежного дохода отсутствует. Лицо лишается только того, на что оно и так не могло рассчитывать при должном соблюдении закона и что оно получило в результате своих незаконных действий. В отличие от этого административный штраф уплачивается за счет имущества, законность источника которого предполагается. Кроме того, будучи предметом изъятия, денежные средства не являются материализованным результатом произведенных нарушителем экономических затрат, при изъятии которых нарушителю фактически причиняется «урон». Например, при конфискации этилового спирта как предмета правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.16 КоАП РФ, для нарушителя наступает «кара», поскольку на приобретение данного предмета он фактически затратил денежные средства. В связи с этим, по-видимому, КоАП РФ не предусматривает в статьях Особенной части как вид наказания конфискацию денежных средств, добытых в результате самого преследуемого противоправного деяния.

4. Понуждением хозяйствующего субъекта к перечислению в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, цели частной и общей превенции не достигаются.

Действительно, знание того, что нарушение антимонопольного законодательства в реальной действительности не повлечет «кары», а в худшем случае отнимут только то, чего без совершения правонарушения и так не будет, не воздействует воспитательно ни на самого правонарушителя, ни на других лиц. Конечно, лишение нарушителей незаконно полученной «дополнительной рыночной власти в денежном выражении» благоприятно скажется на конкурентном равновесии как результате справедливого соперничества хозяйствующих субъектов. Однако в этом выражается скорее пресекательная функция взыскания в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства.

5. Выдача предписания о перечислении в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, осуществляется в порядке, предусмотренном Законом о защите конкуренции, в то время как назначение административного наказания осуществляется по правилам КоАП РФ. Процессуальные гарантии привлечения к административной ответственности при принуждении лица к перечислению в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, не применяются.

Таким образом, сравнение признаков принуждения к перечислению в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, и признаков административного наказания, приводит к выводу о несовпадении их по своей природе, не только по формальным признакам. Представляется, что данная мера относится к группе мер пресечения, поскольку устраняет дисбаланс рыночной власти, возникший в результате нарушения антимонопольного законодательства.

Актуальной также является проблема принудительной реорганизации хозяйствующих субъектов в сфере антимонопольного регулирования. Дефиниции принудительной реорганизации, как и реорганизации вообще, в законодательстве нет. Согласно ст. 57 ГК РФ реорганизация юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование) может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. В случаях, установленных законом, реорганизация юридического лица в форме его разделения или выделения из его состава одного или нескольких юридических лиц осуществляется по решению уполномоченных государственных органов или по решению суда.

Исходя из положений ст. 57 ГК РФ реорганизацию можно подразделить на добровольную и принудительную.

В науке гражданского права реорганизацию юридического лица рассматривают как «относительное прекращение при сохранении для функционирования в гражданском обороте его имущественной массы и переходе его прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам»[348].

В.Я. Рихтерман дает следующее определение: принудительной является реорганизация, инициируемая независимо от решения высшего органа управления юридического лица на основании акта государственного органа, принятого по предусмотренным законом основаниям в установленном законом порядке, и осуществляемая в форме выделения и (или) разделения[349].

Законом о защите конкуренции предусмотрены специальные случаи принудительной реорганизации. В соответствии со ст. 38 Закона в случае систематического осуществления монополистической деятельности занимающей доминирующее положение коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, осуществляющей деятельность, приносящую ей доход, суд по иску антимонопольного органа (в отношении финансовой организации, поднадзорной Банку России, по иску антимонопольного органа по согласованию с Банком России) вправе принять решение о принудительном разделении таких организаций либо решение о выделении из их состава одной или нескольких организаций. Кроме того, в силу ч. 1 ст. 34 Закона коммерческая организация, созданная без получения предварительного согласия антимонопольного органа, в том числе в результате слияния или присоединения коммерческих организаций, в случаях, указанных в ст. 27 названного Закона, ликвидируется либо реорганизуется в форме выделения или разделения в судебном порядке по иску антимонопольного органа, если ее создание привело или может привести к ограничению конкуренции, в том числе в результате возникновения или усиления доминирующего положения.

Как отмечается в литературе, при принудительной реорганизации «государство отказывает в праве на самостоятельную личность поименованным в комментируемой статье субъектам в связи с систематическим осуществлением монополистической деятельности при условии их доминирующего положения»[350].

К наиболее важным признакам принудительной реорганизации относятся: 1) особая цель проведения - воспрепятствование нарушению действующего законодательства, поддержание конкуренции и экономической активности на товарном рынке, недопущение собственного банкротства; 2) первичное волеизъявление не собственников (участников, акционеров) юридических лиц, а уполномоченного государственного органа и арбитражного суда (их решения на основании иска уполномоченного органа)»[351].

Действительно, в основе принудительной реорганизации лежит юрисдикционный акт, которым устанавливается наличие нарушения антимонопольного законодательства. В иных случаях она применена быть не может.

Принудительная реорганизация всегда применяется в качестве санкции за правонарушение[352]. В силу ст. 38 Закона о защите конкуренции принудительная реорганизация применяется в связи с систематическим осуществлением монополистической деятельности занимающей доминирующее положение коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, осуществляющей деятельность, приносящую ей доход.

К монополистической деятельности законодатель относит злоупотребление хозяйствующим субъектом, группой лиц своим доминирующим положением, соглашения или согласованные действия, запрещенные антимонопольным законодательством, а также иные действия (бездействие), признанные в соответствии с федеральными законами монополистической деятельностью (п. 10 ст. 4 Закона о защите конкуренции»). Таким образом, основанием для принудительной реорганизации юридического лица в соответствии со ст. 38 Закона о защите конкуренции является правонарушение, совершенное этим лицом.

Вместе с тем принудительную реорганизацию за нарушение разрешительного порядка создания или реорганизации коммерческих организаций нельзя признать мерой ответственности правонарушителя. Например, реорганизация, примененная к вновь созданному с нарушением закона юридическому лицу, едва ли может расцениваться как наказание этого лица по той причине, что создано оно другими лицами, т. е. противоправное деяние совершено другими лицами. Скорее, это мера восстановительного или пресекательного характера. Аналогичным образом можно рассуждать и в отношении иных форм реорганизации, указанных в ст. 27 Закона о защите конкуренции (слияние, присоединение). В связи с этим мы поддерживаем позицию В.Я. Рихтерман, которая различает принудительную реорганизацию как меру ответственности и как последствие нарушения разрешительноуведомительного порядка реорганизации хозяйствующих субъектов[353].

В литературе неоднократно высказывались предложения о причислении принудительной реорганизации хозяйствующих субъектов к числу административных наказаний[354]. Есть, однако, и мнение, что принудительная реорганизация есть мера поддержания государственного контроля над определенными сферами экономики, направленной на недопущение возникновения действительных нарушений, ответственность за которые наступает уже по иным основаниям и регулируется нормами других отраслей права (ст. 14.9, 14.32, 14.33 КоАП РФ, ст. 178 УК РФ)[355]. Эта позиция, которая сводится к рассмотрению принудительной реорганизации в качестве предупредительной меры административного принуждения, на наш взгляд, является неверной, поскольку до применения реорганизации нарушение закона уже совершено.

Принудительная реорганизация в связи с монополистической деятельностью представляет собой негативную реакцию государства в ответ на совершенное правонарушение, состоящую в причинении «правового урона» хозяйствующему субъекту помимо его воли в сфере предпринимательской деятельности для поддержания конкуренции. Цели данной меры принуждения совпадают с целями административного наказания (частная и общая превенция, восстановление справедливости). C учетом изложенного полагаем, что принудительная реорганизация как реакция на систематическую монополистическую деятельность должна быть закреплена в ст. 3.2 КоАП РФ как вид административного наказания.

Следует отметить и такой вид квазиадминистративной ответственности, как штрафные санкции за нарушение общих правил конкуренции на трансграничных рынках, возможность наложения которых предусмотрена Договором о Евразийском экономическом союзе. Несмотря на то что указанные штрафные санкции не названы административными наказаниями, фактически они являются мерой административной ответственности наднационального уровня. Сама их природа принудительна, выражается в применении несудебным органом (Евразийской экономической комиссией) санкций в заранее определенном процессуальном порядке к физическому или юридическому лицу. Основанием для их применения являются деяния, фактически повторяющие закрепленные в КоАП РФ диспозиции охранительных антимонопольных норм, однако, совершенные на трансграничных рынках[356]. Причина того заключается в том, что правила конкуренции на трансграничных рынках аналогичны правилам, действующим на национальных рынках. Как отмечается в литературе, «единственное отличие состоит в том, что круг правил для национальных рынков шире»[357]. Главное препятствие для отнесения штрафных санкций к административной ответственности - их регламентация не нормами административного права, т. е. оно лежит в формальной плоскости.

Подводя итог сказанному подчеркнем, что меры административного принуждения штрафного характера за нарушение антимонопольного законодательства имеют значительные особенности. Эти особенности выражаются в тяжести наказаний (штрафы могут достигать миллиардов рублей, дисквалификация серьезно ограничивает правовой статус лица), порядке определения их размера (оборотные штрафы, штрафы исходя из начальной стоимости предмета торгов), а также в наличии мер квазиадминистративной ответственности, применяемых вне производства, предусмотренного КоАП РФ.

<< | >>
Источник: Титов Евгений Евгеньевич. АДМИНИСТРАТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ АНТИМОНОПОЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РФ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Екатеринбург - 2015. 2015

Еще по теме § 1. Административные наказания за нарушения антимонопольного законодательства РФ в системе мер административного принуждения:

  1. 32. Назначение административного наказания
  2. Приложение 2. Извлечения из Кодека об административных правонарушениях РФ от 30.12.01 № 195-ФЗ
  3. 3. Некоторые особенности освобождения несовершеннолетних от административной ответственности. Особенности административной ответственности несовершеннолетних
  4. §7. Административное право Японии
  5. Проблемы исследования административно-правового антимонопольного регулирования: предпосылки новой концепции
  6. Принципы права в системе средств административноправового обеспечения баланса интересов в сфере антимонопольного регулирования
  7. § 3. Меры административного принуждения и стимулирования в сфере регулирования экономики
  8. Библиографический список
  9. Меры административного принуждения, применяемые к негосударственным организациям за административные правонарушения
  10. Споры гращан РФ, иностранных граждан и лиц без гражданства в связи с нарушением их прав и свобод, не связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности
- Авторское право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -