<<
>>

§ 3.4. Решения иностранных судов и иностранные арбитражные решения, не требующие принудительного исполнения

Вопрос о признании решений иностранных судов и иностранных арбитражных решений, не требующих принудительного исполнения, до сих пор остается дискуссионным в российской правовой доктрине и требует детального анализа.

Впервые норма о признании иностранных решений, не требующих исполнения, получила своё закрепление в и. 10 Указа Президиума BC СССР от 21.06.1988 N 9131-XI «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей»[230], согласно которому «решения иностранных судов, которые не подлежат принудительному исполнению, признаются без какого-либо дальнейшего производства, если со стороны заинтересованного лица не поступят возражения против этого». ГПК РФ, восприняв данную концепцию, на настоящий момент, содержит три концепции признания решения иностранного суда[231]: признание и приведение в исполнение решения иностранного суда (ст. 410-412), признание иностранных решений, не требующих принудительного исполнения, в случае отсутствия возражений со стороны заинтересованного лица (ст. 413) и признание решений по ряду установленных законом дел, не требующих дальнейшего производства, без возможности представить в их отношении возражений (ст. 415). При этом, согласно ст. 416 ГПК РФ, первые два режима распространяют свое действие и на решения иностранных арбитражей. До принятия Федерального закона от 29.12.2015 N 409-ФЗ в АПК РФ был закреплен единственный вариант признания решения иностранных судов и арбитражей - производство по признанию и приведению в исполнение. Тем не менее, некоторые ученые не исключали возможность применения положений Указа Президиума BC СССР 1988 г. в арбитражном процессе, и, таким образом, признавали возможность признания решения, не требующего принудительного исполнения, по процедуре, установленной и. 10 Указа, при признании решений экономического характера[232].

Вопрос о признании решений иностранных хозяйственных судов неоднократно поднимался в доктрине и судебной практике.

Множество разногласий вызывает применение Киевского соглашения 1992 г., призванного упростить признание и исполнение судебных решений по экономическим спорам среди стран СНГ. Ряд исследователей полагают, что ст. 8 Киевского соглашения, предусматривающая процедуру подачи ходатайства о приведении в исполнение решения иностранного суда заинтересованной стороной, не требует специального производства по признанию и приведению в исполнение решения, а фактически говорит о ходатайстве о разрешении исполнения[233]. Таким образом, по логике сторонников данной позиции, в том случае, если решение не требует исполнения, можно сделать вывод о том, что решение не требует никаких дальнейших судебных процедур для того, чтобы обладать юридической силой на территории Российской Федерации. В пользу данной позиции можно привести п. 17 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.02.1998 г. № 29, в котором упоминается, что «... государства - участники СНГ, включив исполнительный документ (исполнительный лист или приказ суда) в перечень документов, которые в соответствии со статьей 8 Соглашения должны быть представлены для исполнения судебного решения на территории другого государства - участника СНГ, выразили тем самым готовность принять его к исполнению на своей территории, а не возбуждать вновь судебную процедуру признания и разрешения исполнения судебного решения с вынесением определения (решения) и выдачей нового исполнителвного документа»[234].

Однако, в отечественной доктрине существует и противоположная позиция, по мнению автора данного исследования, более обоснованная. Так, Д.В. Литвинский полагает, что «обозначение закрепленного Киевским соглашением режима как облегченного не означает отказа от необходимости получения экзекватур Bi, но указвівает на более льготный по сравнению с общим порядок... »[235]. При этом, автор ссылается на позицию А.И. Муранова, который полагает, что отсутствие процедуры экзекватуры по Киевскому соглашению лишает смысла заключение дальнейших соглашений с государствами СНГ, устанавливающих национальный режим исполнения решений (здесь речь идет о Соглашении с Беларусью от 17 января 2001 г.)[236].

Следует особо выделить мнение В.В. Яркова, который указывает на необходимость процедуры признания и приведения в исполнение по Киевскому соглашению не только в отношении решений о присуждении, но и решений о признании, которые не требуют принудительного исполнения, так как Киевское соглашение предусматривает лишь одну процедуру легализации иностранного решения, закрепленную в ст. 8[237]. Данная позиция подтверждается также п. 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 № 96, в котором приводится дело, где судами первой, апелляционной и кассационной инстанции истцу было отказано в иске в силу наличия решения по такому же спору хозяйственным судом Украины. При этом необходимость легализации данного решения, по мнению судов, отсутствовала в силу ст. 7, 8 Киевского соглашения 1992 г., согласно которым участники взаимно признают и исполняют вступившие в законную силу решения компетентнвіх судов. Однако Президиум ВАС позже отменил решения нижестоящих инстанций, указав, что в соответствии с ч. 2 ст. 241 АПК РФ вопросві признания и приведения в исполнение решения иностранного суда разрешаются арбитражнвш судом по заявлению сторонні в споре, рассмотренном иностраннвш судом, а такое заявление в арбитражнвіе судві Российской Федерации не подавалосв[238].

В то же время, состояние судебной практики по данном вопросу нелвзя назвати устойчиввім. В более позднем, похожем по фабуле деле, стороной разбирателвства в качестве доказателвства недействителвности сделки было представлено судебное решение Специализированного экономического суда г. Алматы. В Постановлении от 31.03.2015[239] Девятый арбитражнвш апелляционный суд пришел к вві воду о том, что признание решения суда Казахстана не требует специалвной процедурні в силу тех же статей 7 и 8 Киевского соглашения 1992 г. Также суд сослался на п. 1 ст. 52 Минской конвенции, которая предусматривает, что ввінесеннвіе и вступившие в законную силу судебнвіе решения, не требующие по своему характеру исполнения, признаются на территориях других договаривающихся сторон без специалвного производства. Позже данное решение бвіло подтверждено и Верховнвш судом РФ.

Абсолютной новеллой арбитражного процес су алвного законодателвства, на первый взгляд, призванной разрешитв некоторвіе существующие противоречия, является введение ст. 245.1 АПК РФ, предусматривающей признание решения иностранного суда или арбитража, не требующего принудителвного исполнения, без какой-либо специалвной процедурні, если толвко заинтересованное лицо не представит свои возражения. C одной сторонні, в отношении Киевского соглашения это может означати автоматическое признание решений. C другой сторонні, отсутствие принудителвного исполнения вряд ли может бвітв тем фактором, который ставит иностранное решение на одну ступени с решениями национальных судов, вследствие чего оно способно порождать определенные правовые последствия на территории Российской Федерации. Представляется, что все-таки необходимо наличие минимальных фильтров в виде проверки на соответствие публичному порядку и надлежащей процедуре. При этом, объем проверки решения требующего исполнения и не требующего исполнения может быть разным. Например, при признании решения, не требующего принудительного исполнения, необходимо осуществлять проверку лишь на несоответствие публичному последствий его исполнения, а не самого решения.

Федеральным законом от 29.12.2015 N 409-ФЗ также были внесены соответствующие изменения в ч. 3 ст. 35 Закона о МКА. Согласно порядку статьи 245.1 АПК РФ, решение иностранного суда или арбитража признается без дальнейшего производства при наличии двух условий. Во-первых, если признание таких решений предусмотрено международным договором и федеральным законом, а, во-вторых, если не поступят возражения от заинтересованного лица.

По первому условию возникает вопрос относительно формулировки «признание предусмотрено международным договором Российской Федерации и федеральным законом». Исходя из буквального грамматического толкования, так как союз «и» в отличие от союза «или» не предусматривает альтернативы в выборе между несколькими вариантами, для признания иностранного решения необходимо как наличие договора, так и нормы федерального закона. Однако многие нормы о признании судебных решений содержатся только в двусторонних международных договорах, и не могут быть предусмотрены на уровне федеральных законов.

Вторым условием признания выступает отсутствие возражений со стороны заинтересованного лица. В соответствии с ч. 3 ст. 245.1 АПК РФ заинтересованное лицо имеет право заявить возражения относительно признания арбитражного решения на территории РФ в арбитражный суд субъекта по месту своего нахождения или нахождения его имущества, а при отсутствии такового в Арбитражный суд г. Москвы. Данное право возникает у заинтересованного лица в течение одного месяца с того момента, как оно узнало о вынесении решения иностранным арбитражем. Суд рассматривает заявление в течение одного месяца, по окончании чего ввшосит определение. В соответствии с ч. 13 ст. 245.1 АПК РФ арбитражный суд отказвівает в признании иностранного арбитражного решения по основаниям, предусмотреннвш Законом о международном коммерческом арбитраже для отказа в признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Сравнивая текстві Закона о MKA и процессуалвнвіх кодексов, следует отметитв некоторвіе различия в формулировках, порождающие неясности. В ч. 3 ст. 35 Закона о MKA говорится о решениях, «не требующих приведения в исполнение», а в ст. 245.1 АПК РФ и ст. 413 ГПК РФ о решениях, не требующих «принудителвного исполнения». Как уже бвіло рассмотрено ввине, приведение в исполнение и принудителвное исполнение - это две разнвіх стадии общего процесса исполнения решения иностранного суда или арбитража. В силу устранения каких-либо сомнений и возможности для различного толкования, представляется необходимвім ввібратв единую формулировку - «решения, не требующие принудителвного исполнения». Различаются текстві Закона о MKA и процессуалвнвіх кодексов и по субъектам, которвіе вправе обращатвся с возражениями против признания решения. В ч. 3 ст. 35 в качестве такого субъекта указана «сторона, против которой вынесено решение», а в ч. 3 ст. 245.1 АПК РФ и в ч. 2 ст. ГПК РФ идет речь о «заинтересованном лице». Очевидно, что круг субъектов, имеющих право представлять возражения, в АПК РФ шире, чем в Законе о МКА, что ведет к противоречию норм. Таким образом, представляется, что необходимо либо в Законе о MKA заменить «сторону, против которой вынесено решение» на «заинтересованное лицо», либо в АПК РФ и ГПК РФ уточнить, что в отношении признания решений иностранных арбитражей под заинтересованным лицом понимается сторона, против которой вынесено решение. Однако, во втором случае, сужение круга субъектов, имеющих право представить возражения, видится неоправданным.

Возвращаясь к теме данной работы, необходимо также оценить эффект данной нормы в отношении решений иностранных арбитражей. На первый взгляд, представить ситуацию, когда решение международного коммерческого или инвестиционного арбитража не требует принудительного исполнения, достаточно трудно. Однако у сторон все-таки может возникнуть потребность в «простом» признании решения. Например, это может быть необходимо в преюдициальных целях, если выигравшая сторона желает обезопасить себя от повторных исков по тому же предмету и основанию в государственном суде. Также иностранным арбитражем могут вынесены так называемые декларативные решения (declaratory awards) в отношении, допустим, толкования отдельных положений договора. Еще одна ситуация, когда необходимым является исключительно признание решения, складывается в том случае, если факты, установленные в решении иностранного арбитража, используются в качестве доказательств по другому делу в рамках российского судебного производства. В силу указанных причин за рубежом признание арбитражного решения без принудительного исполнения уже давно имеет самостоятельную ценность, чего пока нельзя сказать о российской практике.

Как уже было рассмотрено в предыдущих параграфах, решения иностранных арбитражей пользуются более либеральным режимом признания, чем решения иностранных судов. Данный режим обеспечивается действием таких

4J

международных договоров, как Нью-Йоркская конвенция, Вашингтонская конвенция, Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже и т.д. Более того, на уровне национального законодательства закреплено, что «арбитражное решение, независимо от того, в какой стране оно было вынесено, признается обязательным» (ч.1 ст. 35 Закона о МКА). Означает ли это, что решения международных арбитражей, не требующие принудительного исполнения, могут быть признаны без специальной процедуры, в порядке ст. 245.1 АПК РФ?

По сути, все доводы, приведенные против «автоматического» признания Киевского соглашения, справедливы и в отношении решений международных

4J

арбитражей. Нью-Йоркская конвенция, как и Киевское соглашение, предусматривает упрощенный режим признания и приведения в исполнение арбитражных решений только не среди государств СНГ, а среди большинства государств мира. При этом, Конвенция предусматривает лишь одну процедуру для легализации решения, независимо от того, требует оно принудительного исполнения или нет. Это процедура, закрепленная в статье IV, устанавливает порядок обращения заинтересованной стороны с ходатайством о признании и приведении в исполнение решения в компетентный суд. Следует отметить, что законодателем уже сделаны первые шаги в ограничении «автоматического» действия решений третейских судов, не требующих принудительного исполнения. Так, статьей 43 Федерального закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве)» предусмотрено, что «никакое арбитражное решение, включая арбитражное решение, не требующее принудительного приведения в исполнение, не может являться основанием для внесения записи в государственный реестр ... внесение записей в который влечет за собой возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, при отсутствии исполнительного листа, выданного на основании судебного акта компетентного суда (в том числе в отношении арбитражного решения, не требующего принудительного приведения в исполнение)».

Таким образом, представляется, что применение ст. 245.1 АПК РФ должно осуществляться только в тех случаях, когда международный договор четко устанавливает, что решение, не требующее принудительного исполнения, может быть признано без дальнейшей процедуры. В том случае, если данное утверждение явно не следует из положений международного договора, необходимо следовать той процедуре, которая установлена в данном международном договоре.

Представляется, что наиболее оптимальным выходом из сложившейся ситуации, с практической точки зрения, было бы предусмотреть в процессуальном законодательстве возможность обращения с ходатайством не только о признании и приведении в исполнении, но и о признании решения, не требующего принудительного исполнения. Такая процедура позволила бы осуществлять необходимый минимальный контроль со стороны государства за исполнением иностранных решений. Также она могла бы исключить парадоксальную ситуацию,

когда для признания решения, не требующего исполнение, необходимо получить исполнительный лист, чтобы внести запись в государственные реестры. В том случае, если сторона ссылается на решение иностранного арбитража, не прошедшее процедуру признания в Российской Федерации, в рамках какого-либо дела, в целях процессуальной экономии на законодательном уровне можно предусмотреть процедуру признания данного решения судом в рамках этого же дела, не возбуждая отдельное производство по признанию и приведению в исполнение решения иностранного арбитража.

Подводя итог данному параграфу, следует отметить, что национальное процессуальное законодательство Российской Федерации о признании и приведении в исполнение решений международных арбитражей выстроено в

4J

соответствии с Нью-Йоркской конвенцией и Типовым законом ЮНСИТРАЛ. Учитывая, что решения международного инвестиционного арбитража могут

4J

исполняться в рамках режима Нью-Йоркской конвенции, настоящего законодательного регулирования вполне достаточно для исполнения решений международных инвестиционных арбитражей на территории РФ. Тем не менее, законодательство в сфере признания решения, не требующего принудительного исполнения, требует определенных поправок. Так, представляется необходимым привести к единообразию тексты ч. 3 ст. 35 Закона о MKA и ст. 245.1 АПК РФ, 413 ГПК РФ, изменив формулировки ч.З ст. 35 Закона о МКА, указав на то, что речь идет о решениях, «не требующих принудительного исполнения», а также установив в качестве субъекта, имеющего права на возражения, «заинтересованное лицо». Также автором предлагается ввести процедуру для признания арбитражных решений, не требующих принудительного исполнения.

По итогам первой главы можно сделать следующие выводы. В российской доктрине отсутствует единообразное понимание понятий международный инвестиционный спор и международный инвестиционный арбитраж. В целях данной работы автором предлагается понимать международный инвестиционный спор как спор между иностранным инвестором и принимающим инвестиции государством по поводу осуществления путем вложения инвестиций первого на территории последнего, возникающий на основании инвестиционного контракта между иностранным инвестором и принимающим государством, международного инвестиционного соглашения между государством инвестора и принимающим инвестиции государством или на основании положений националвного законодателвства об иностраннвіх инвестициях принимающего государства. Соответственно, все инвестиционнвіе спорві по критерию основания возникновения можно разделитв на спорві, ввітекающие из инвестиционного контракта, из международного инвестиционного соглашения и из положений националвного законодателвства об иностраннвіх инвестициях. При этом, именно спорві, ввітекающие из международных инвестиционнвіх соглашений и из положений националвного законодателвства, носят зачастую публично-правовой характер, что определяет далвнейшие особенности их рассмотрения, а также признания и исполнения. Инвестиционнвіе спорві частноправового характера разрешаются в международном коммерческом арбитраже. Соответственно, международный инвестиционнвш арбитраж определяется как способ разрешения между нар од HBix инвестиционнвіх споров, ввітекающих из нарушения обязанностей по международному инвестиционному соглашению (реже - по националвному законодателвству об иностраннвіх инвестициях принимающего государства).

Из проведенного ввине анализа следует, что в Российской Федерации бвіла ввістроена система арбитражного законодателвства, основанная на положениях

4J

Нвю-Иоркской конвенции и Типового закона ЮНСИТРАЛ. В силу того, что Россия не ратифицировала Вашингтонскую конвенцию, признание и приведение в исполнение решений международных инвестиционнвіх арбитражей осуществляется по общим правилам, предусмотренным для признания и приведения в исполнение решений международных коммерческих арбитражей с особенностями участия иностранного государства, которвіе будут рассмотренві в следующей главе. При этом, автор приходит к выводу, что российское законодателвство в сфере признания и приведения в исполнение решений

международных арбитражей может быть улучшено, например, признания решений, не требующих принудительного исполнения.

вопросе

<< | >>
Источник: Бессонова Анастасия Игоревна. Особенности признания и исполнения решений международных инвестиционных арбитражей. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Екатеринбург - 2017. 2017

Еще по теме § 3.4. Решения иностранных судов и иностранные арбитражные решения, не требующие принудительного исполнения:

  1. Понятие признания и обращение к исполнению решения иностранного суда; признание и обращение к исполнению решения иностранного суда, которое подлежит принудительному исполнению; признание решения иностранного суда, которое не подлежит принудительному исполнению
  2. 2. Признание и обращение к исполнению решения иностранного суда, которое подлежит принудительному исполнению
  3. 2. Признание решения иностранного суда, которое не подлежит принудительному исполнению
  4. 4.Арбитражный суд как субъект арбитражного процессуального права.
  5. 121. Выдача исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда
  6. 97 Производство по делам о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов.
  7. 84.Производство по делам о выдаче исполнительных исков на принудительное исполнение решений третейских судов.
  8. Разграничение подведомственности гражданских дел между общими и арбитражными судами. Подсудность дел арбитражным судам.
  9. 14.1. Особенности исполнения решений иностранных судов на территории Российской Федерации
  10. 14.3. Гармонизация принудительного исполнения иностранных судебных (арбитражных) решений
  11. 46. Производство по делам об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов.
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -