<<
>>

12.2. Советская экономика в период «оттепели»

Борьба за власть и перипетии экономической политики. Отсутствие в СССР легитимных механизмов передачи власти, в течение более двух десятилетий сосредоточенной лично в руках Сталина, после его смерти вызвало затяжную борьбу в высшем руководстве страны. Выбор путей дальнейшего развития экономики, равно как и страны в целом, определялся исходом ожесточенной борьбы в партийно-государственной элите. Однако общее направление – в сторону некоторого смягчения сверхцентрализма управления, степени и масштабов внеэкономического принуждения, постепенного отказа от чрезвычайных методов и иных «крайностей» сталинизма – было задано с самого начала.

Причины «оттепели» коренились в явном перенапряжении советского народного хозяйства, длительное время находившегося в состоянии постоянной, по сути, предельной мобилизации (форсированная индустриализация, война, затем восстановление и ускоренное формирование ВПК), результатом которых явилось невиданное разорение деревни, нищета подавляющей части населения, а также колоссальная по своим масштабам гулаговская экономика.

Все эти факторы не только сдерживали дальнейшее развитие страны, но и грозили социальным взрывом. Важнейшую роль в отходе от сталинского курса сыграло стремление партийно-государственной элиты гарантировать себя от возобновления массовых репрессий.

Поначалу лидером послесталинского «коллективного руководства» выступал председатель Совета Министров СССР Г.М. Маленков. Его союзником считался Л.П. Берия (первый заместитель председателя правительства и министр внутренних дел). Именно они сразу же после смерти Сталина выступили против его «культа» и выдвинули самые радикальные предложения по реформированию страны.

Особый радикализм проявлял Берия. Это объяснялось как его информированностью о реальных проблемах советского общества, так, по-видимому, и стремлением «подчистить» свой кровавый имидж, набрать пропагандистские очки. Продуманной экономической стратегии у него, равно как и у других лидеров, не было.

По его инициативе 27 марта 1953 г. была объявлена небывалая по своим масштабам амнистия, в ходе которой было освобождено до 1,2 млн человек (главным образом уголовных заключенных). Уже 6 марта 1953 г. он дал указание о передаче ГУЛага Министерству юстиции, а строительных главков, находящихся в ведении МВД, -соответствующим министерствам. В ряде своих выступлений Берия высказался за перераспределение властных полномочий от партии к государственным органам, поставив под сомнение эффективность колхозного производства, и призывал отказаться от насаждения колхозов в Восточной Европе. По его инициативе было прекращено строительство Главного Туркменского канала, Волго-Балтийского водного пути, канала Волга–Урал, железной дороги Чум–Салехард–Игарка и других грандиозных, но экономически неэффективных сооружений поздней сталинской эпохи. Наконец, Берия предложил радикально улучшить отношения с Югославией, отказаться от строительства социализма в Восточной Германии и объединить ГДР и ФРГ в нейтральное демократическое государство.

Однако все партийно-государственное руководство, не исключая и Маленкова, ненавидело и боялось Берию, а тот допустил ряд просчетов, напугав их своих «радикализмом», а главное, дав повод заподозрить себя к претензиях на лидерство и в «двойной игре» по отношению к своим соратникам. Это позволило Н.С. Хрущеву (секретарь ЦК КПСС, с сентября 1953 г.

первый секретарь ЦК КПСС) объединить все высшее руководство страны, включая Маленкова. 26 июня 1953 г. Берия был арестован, а в декабре того же года после скоротечного следствия и суда он и шесть других руководителей МВД были расстреляны.

Устранение Берии привело к дискредитации многих его «реформистских» предложений. Тем не менее линия на умеренную демократизацию советского общества и переориентацию экономической политики сохранилась. На июльском (1953) пленуме ЦК Маленков публично признал «существенные недостатки» в хозяйственной деятельности партии и указал на наличие немалого количества «отстающих предприятий и даже целых отраслей промышленности», а также «колхозов и целых сельскохозяйственных районов». Но главное заключалось в анализе хозяйственных недостатков. Решающим фактором отставания сельского хозяйства Маленков счел недостаточную материальную заинтересованность колхозников в увеличении сельскохозяйственных продуктов. Обеспечение этой заинтересованности Маленков назвал «коренным вопросом» развития сельского хозяйства. Не менее важна была и констатация недостаточного удовлетворения растущих материальных потребностей и культурных запросов советского народа.

В августе 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР Маленков сформулировал новый курс, предусматривавший социальную переориентацию экономики и приоритетное развитие легкой промышленности. Последнее, правда, носило вынужденный характер. Масштабные дотации в легкую и пищевую промышленность вместе со значительным снижением цен – в конце 1953 г. хлеб стоил в три раза дешевле, чем в 1948 г., – привели к росту дефицита и пересмотру текущего плана в пользу опережающего роста производства товаров широкого потребления. Другим ключевым направлением экономической политики стало возрождение разоренной деревни. Уже в 1954 г. были резко снижены обязательные поставки сельскохозяйственных продуктов государству, списаны долги колхозов, уменьшены налоги с приусадебных участков и продаж на рынке. В то же время в 1,5–5,5 раза были повышены заготовительные цены на сельскохозяйственные продукты, возросли капиталовложения и поставки техники, были увеличены размеры приусадебных хозяйств.

Экономический курс Маленкова был оценен негативно значительной частью партийно-хозяйственной элиты. Оппонентом Маленкова выступил Хрущев, отстаивавший «союз» сельского хозяйства и тяжелой промышленности. В подходах к подъему сельского хозяйства также наблюдались серьезные различия. Хрущев, выступая против Маленкова, который в 1952 г. на XIX съезде партии заявил о решении зерновой проблемы в СССР, рисовал гораздо более драматическую картину положения дел в сельском хозяйстве, а главное, по его настоянию, важнейшим направлением быстрого увеличения производства зерна было признано освоение целинных и залежных земель в Казахстане, Поволжье и Сибири.

Властные позиции Маленкова после разоблачения Берии оказались ослабленными. Пост председателя Совета Министров утрачивал свое прежнее значение, власть все более перемещалась в секретариат ЦК КПСС, т.е. к Хрущеву. Маленков оказался несилен в аппаратных играх. К тому же он восстановил против себя партийно-государственный аппарат массовыми сокращениями* и жесткой критикой бюрократизма, а в марте 1954 г. сделал заявление о невозможности победы в новой мировой ядерной войне, чем шокировал партийную общественность. В январе 1955 г. на пленуме ЦК Хрущев обвинил Маленкова в стремлении к «дешевой популярности» у народа и множестве других ошибок. Маленков не оказал достойного сопротивления.

В феврале 1955 г. он был освобожден от поста председателя правительства по «собственной просьбе».

* В 1954 г. в 46 министерствах было упразднено 200 главков и управлений, 4,5 тыс. контор и организаций, более 4 тыс. мелких управленческих структур, почти в три раза была сокращена статистическая отчетность.

Бесспорным, хотя и не всевластным лидером стал Н.С. Хрущев. В своем докладе на XX съезде КПСС Хрущев лишь частично, выборочно раскрыл правду о преступлениях Сталина, но произвел такой переворот в умах, что возвращение к прежнему режиму, сталинской экономической системе стало уже невозможным. Вместе с тем развенчание «культа личности Сталина» раскололо партийную элиту, все советское общество и международное коммунистическое движение.

Последовавший затем летом 1957 г. окончательный разгром противников Хрущева (Маленкова, Молотова и др.), смещение с поста министра обороны Г.К. Жукова знаменовали окончание периода «коллективного руководства». В марте 1958 г. Хрущев, оставаясь Первым секретарем ЦК, стал и Председателем Совета Министров СССР. Концентрация всей полноты власти в руках Хрущева имела весьма противоречивые последствия для развития советской экономики.

В отличие от Маленкова, который предполагал сравнительно осторожное реформирование при сохранении институциональных основ экономики и, главное, самой парадигмы управления (правда, уже с учетом интересов народа, но без его непосредственного участия в хозяйственном руководстве), Хрущев был настроен на радикальные меры. К ним побуждали как особенности его одаренной, но импульсивной и не обремененной особым образованием личности, так и объективная потребность в новом, после Маленкова, этапе реформ. От первоначальной ликвидации или смягчения «крайностей» сталинской экономики жизнь подталкивала к переходу к новой системе управления народным хозяйством.

Даже частичное нарушение в 1953–1955 гг. известной целостности сталинской системы, построенной на тотальной централизации, беззастенчивом ограблении населения и жесточайшем, всепроникающем принуждении, вызывало новые проблемы: обострение проблемы финансирования экономики из-за резкого роста дотаций легкой промышленности, сельскому хозяйству, отмены принудительных займов и развертывания социальных программ; падение дисциплины; выражение недовольства традиционной практикой произвольного повышения норм выработки на предприятиях, рост текучести рабочей силы; увеличение неудовлетворенного спроса населения на товары, жилье и т.д. Из-за нараставших хозяйственных трудностей уже в декабре 1956 г. пленум ЦК вынужден был уменьшить задания шестой пятилетки по росту производства и производительности труда.

Решать обострившиеся проблемы можно было либо постепенно, нащупывая контуры нового хозяйственного механизма, как это делал Маленков, а затем созданная в декабре 1956 г. Государственная комиссия по экономике, либо радикально, двигаясь к принципиально иной экономической системе. Этот путь в итоге и выбрал Хрущев. В силу особенностей обстановки и экономического мышления той эпохи поиск новой экономической политики свелся к поискам «решающего звена в цепи». Таковыми поначалу были признаны массовые политико-экономические кампании (с 1954 г. – освоение целины, с 1955 г. – максимальное расширение посевов кукурузы, с 1957 г. – «мясные» и «молочные» кампании) и административные реорганизации, вектор которых был задан стремлением к децентрализации и демократизации хозяйственного управления.

По инициативе Н.С. Хрущева и вопреки мнению Государственной комиссии по экономике, возглавляемой М.Г. Первухиным, в мае 1957 г. было принято решение о ликвидации десяти отраслевых промышленных министерств и создании территориальных органов управления – советов народного хозяйства. Однако экономический эффект реформы оказался непродолжительным, поскольку замена отраслевого принципа управления на территориальный не затронула основы административно-командной системы и не могла разрешить накопившиеся проблемы. Вскрывшаяся вскоре явная недостаточность принимаемых мер заставила обратить внимание на выработку экономической стратегии. Поскольку умерщвленная в 30-х – начале 50-х годов советская экономическая мысль не могла дать конкретных рецептов, путеводной звездой хрущевских реформ стала идеология, утверждавшая в качестве высшей, стратегической цели построение коммунизма – идеального общества, при котором будут решены все экономические и прочие проблемы.

Важнейшее влияние на формирование нового курса оказывали политические мотивы, потребность в укреплении позиций лидера, пошатнувшихся в результате восстания в Венгрии в октябре–ноябре 1956 г. В отличие от Маленкова, Хрущев попытался опереться не только на обновленный им партийно-государственный аппарат, но и на массы. Тем более что пробуждение социальной активности народа и привлечение его к управлению трактовалось марксизмом как залог решения самых сложных проблем. Курс Хрущева имел известные социально-психологические и методологические корни; во всяком случае, он органически вписывался в общественную атмосферу послесталинской «оттепели», с пробуждавшимися, хотя и весьма неопределенными надеждами, оптимизмом, верой в собственные силы, отражал традиционную для советского руководства психологию максимализма, «коммунистического штурма» и убеждение в том, что «нет таких крепостей, которые не могут взять большевики». Эти настроения подогревали и изменения на международной арене, где укрепилось сообщество социалистических стран, рушилась колониальная система, десятки миллионов людей в «третьем мире» обращали свои взоры на СССР.

В этой обстановке в 1957 г. Хрущев выдвинул лозунг «догнать и перегнать Америку». Хотя речь поначалу шла лишь о производстве мяса и молочных продуктов, данный лозунг положил начало хрущевскому «прыжку», под который уже вскоре была подведена идеологическая основа. В 1959 г. XXI съезд КПСС констатировал, что социализм в СССР одержал полную и окончательную победу, а страна вступила в период развернутого строительства коммунизма. На съезде вместо явно не выполнявшейся шестой пятилетки был принят масштабный семилетний план (на 1959–1965 гг.), выполнение которого позволило бы СССР догнать и перегнать США. В 1961 г. на XXII съезде КПСС была принята новая Программа КПСС, предусматривавшая построение в СССР коммунистического общества. Уже через 10 лет предполагалось превзойти западные страны по производству продукции на душу населения, а через 20 лет – построить материально-техническую базу коммунизма.

Курс на строительство коммунизма определил не только общественно-политический фон, но во многом и содержание экономической политики Хрущева конца 50-х – начала 60-х годов. Ее главной целью был поиск новых стимулов к труду, способных компенсировать поколебленную после смерти Сталина систему тотального страха. Таковые были найдены прежде всего во всемерном разжигании коммунистического энтузиазма. Энтузиазм масс в сочетании с дальнейшей демократизацией хозяйственного механизма (в том числе провозглашенным в Программе переходом от государственного управления к общественному самоуправлению) казались ключом, с помощью которого можно было решить не только многочисленные текущие проблемы, но и одновременно реализовать главную цель всех коммунистов.

<< | >>
Источник: Под общ. ред. проф. О.Д. Кузнецовой и проф. И.Н. Шапкина.. История экономики: Учебник Под общ. ред. проф. О.Д. Кузнецовой и проф. И.Н. Шапкина. - М: ИНФРА-М,2002. - 384 с. - (Серия «Высшее образование»).. 2002

Еще по теме 12.2. Советская экономика в период «оттепели»:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -