<<
>>

§ 1. Поощрительные институты в истории уголовно-исполнительного права России

Практика использования поощрительных институтов уголовноисполнительного права имеет многовековую историю. Исследуя вопросы правового регулирования данных институтов, целесообразно проанализировать их зарождение и развитие, так как системный и объективный подход к разработке проблемы требует учета исторического опыта.

Освещая исторический аспект названной проблемы важно придерживаться определенной периодизации в становлении и развитии поощрительных институтов, применяемых к осужденным. Как нам представляется, историю развития российского законодательства в данной области можно подразделить на четыре периода.

Первый период - дореформенный - начинается с 1845 года и продолжается до тюремной реформы конца XIX века (1879 г.). Этот период характеризуется: появлением элементов изменения условий отбывания наказания с улучшением правового положения осужденных в связи с разделением заключенных на два разряда - испытуемые и исправляющиеся,

- а также применением досрочного освобождения из отряда исправляющихся в соответствии с Уложением о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 года; законодательным закреплением мер стимулирования труда заключенных в виде зачетов рабочих дней и применением поощрений в зависимости от классовых различий согласно Уставу о содержащихся под стражею 1857 года[141].

Второй период - послереформенный - с тюремной реформы 1879 г. по октябрь 1917 года. Этот период начинается принятием закона Государственного совета от 27 февраля 1879 года «Об учреждении в составе

Министерства внутренних дел Главного тюремного управления». Тюремная реформа имела целью координировать порядок действий чинов ближайшей тюремной администрации и добиваться нравственного исправления заключенных в условиях тюрьмы. Отличается этот период применением к заключенным поощрительного института в виде условно-досрочного освобождения, что отражено в законе от 22 июня 1909 года «Об условном досрочном освобождении».

Третий период начинается с октября 1917 года и охватывает советский этап развития анализируемых институтов. В соответствии со ст. 52 первого советского ИТК РСФСР 1924 года в качестве поощрения по постановлению распределительной комиссии вводятся зачеты рабочих дней, предоставляются отпуска заключенным с выездом за пределы исправительно-трудовых учреждений. Согласно Положению об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД СССР, которое было утверждено постановлением Совета Министров СССР от 8 декабря 1958 года в исправительно-трудовых колониях были созданы три вида условий отбывания наказания: общий, облегченный и строгий. ИТК РСФСР 1970 года детально регламентировал систему поощрительных институтов, применяемых к осужденным в местах лишения свободы. Данный этап развития рассматриваемых институтов радикально отличается от двух предыдущих и отражает линию на гуманизацию исполнения уголовного наказания, введение новых поощрительных институтов, стимулирующих исправление осужденных.

Четвертый период является периодом демократических преобразований, начавшихся после принятия 12 июня 1990 г. Декларации о государственном суверенитете Российской Федерации, а в 1993 г. - Конституции РФ. Данный период представляет собой важный этап на пути приближения к международным правовым нормам в области прав человека, гуманизации обращения с осужденными, а также расширения системы поощрительных институтов. УИК РФ введенный в действие с 1 июля 1997 г. был направлен на дальнейшую гуманизацию уголовно-исполнительного законодательства. Данным кодексом были введены выезды осужденных к лишению свободы за пределы исправительных учреждений, проживание за пределами ИУ осужденных, находящихся в облегченных или льготных условиях отбывания наказания и другие. В УИК РФ был впервые введен принцип стимулирования правопослушного поведения осужденных.

Классификация по указанным периодам дает четкое представление об этапах развития законодательства в области применения поощрительных институтов к осужденным и позволяет творчески использовать накопленный опыт и избежать ошибок и просчетов, которые имели место в прошлом.

Представляет интерес анализ уголовно-исполнительного законодательства в каждом из указанных периодов.

Первый период развития поощрительных институтов уголовноисполнительного законодательства характеризуется возрастанием роли тюремного заключения в середине XIX в. и разработкой нормативных актов, регулирующих порядок и условия исполнения и отбывания наказания.

В 1819 году император Александр I утверждает в России «Попечительное о тюрьмах общество», задачей которого было следить за исправным содержанием заключенных в тюрьмах и заботиться об их нравственном исправлении. В 1831 г. на основе устава общества была регламентирована Тюремная инструкция, предусматривающая исполнение лишения свободы[142].

С появлением «Попечительного о тюрьмах общества» начинается история формирования и развития поощрительного института УДО в отношении осужденных к лишению свободы. В России досрочное освобождение, основанное на исправлении осужденных, появилось гораздо раньше, нежели указывали на это многие авторы1. При непосредственном участии членов «Попечительного о тюрьмах общества» исправившиеся осужденные освобождались досрочно. Нововведения выражались в стремлении улучшить положение арестантов, укрепить тюремную дисциплину и режим[143] [144].

Важным шагом в истории правовой регламентации поощрительных институтов явилось также и Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 года. Так, в разделе «Дополнительные постановления о распределении и употреблении осужденных в каторжные работы» данного Уложения осужденные подразделялись на два разряда - испытуемые и исправляющиеся, - что подтверждает использование элементов изменения условий отбывания наказания, стимулирующих правопослушное поведение. Например, в ст. 26 этого раздела сказано: «Каторжные исправляющиеся содержатся без оков и, когда лишь возможно, помещаются и употребляются в работы отдельно от испытуемых. Высшему местному начальству предоставляется разрешать употребление исправляющихся каторжных без работы, при коих не предстоит опасности побега, под надзором мастеровых или заводской стражи»[145]. Видимо, эти положения относятся к числу первых законодательных актов, закрепляющих поощрительный институт изменения осужденным условий отбывания наказания в российском законодательстве.

В том же разделе указанного Уложения (ст. 28) подчеркивается, что исправляющимся осужденным в результате трудолюбия, исправления и воздержанности предоставляется возможность увольняться с работы в

определенные дни, в основном в христианские праздники. Этот исторический опыт является важным вкладом в развитие поощрительных институтов и может быть использован и в настоящее время. Ведь предоставление увольнений или разовых выходов за пределы ИУ способствует восстановлению социально-полезных связей осужденных и их социальной адаптации после освобождения из мест лишения свободы. В связи с этим, представляется уместным рассмотреть вопрос о дополнении перечня мер поощрения разовыми выходами осужденных к лишению свободы за пределы ИУ в выходные или праздничные дни

продолжительностью до 24 часов.

В ст. 64 раздела «Положение о исправительных арестантских ротах гражданского ведомства» вышеуказанного Уложения предусматривается сокращения срока наказания при следующих условиях: «десять месяцев пребывания в отряде исправляющихся считается за целый год пребывания в арестантской роте, и на этом основании сокращается время назначенного им по суду наказания»[146]. Эта норма права, надо полагать, свидетельствует о зарождении института сокращения срока наказания, имеющего существенное значение в системе поощрения осужденных к лишению свободы. Данный исторический опыт актуален и в настоящее время, так как сокращение срока наказания, например в месяц на срок не более 3 дней и не более 36 дней в течении года, можно использовать и в отношении осужденных к лишению свободы, находящихся в облегченных условиях содержания и отбывающих наказание в ИУ.

По Уставу о содержащихся под стражею в редакции 1857 года впервые вводится поощрительный институт в виде зачетов рабочих дней, направленных на стимулирование труда осужденных. Так, в ст. 208 раздела Устава о содержащихся при полиции и в тюрьмах указано, что «содержащиеся в тюрьмах лица, которые на основании закона и инструкции

Министерства Юстиции 17 января 1846 года изъяты от наказаний телесных лишь за маловажные преступления, могут по усмотрению и с разрешения местного начальства быть употребляемы в работе при полиции, для сокращения срока их заключения на следующем основании: день работы при полиции по ея наряду зачитывается им в весеннее и летнее время вместо трех дней заключения в тюрьме»1. Этот исторический опыт также представляет интерес, но в современных условиях при отсутствии возможности обеспечить полную занятость осужденных трудом пока не может быть применим. Кроме того, следует учитывать также коррупционную составляющую при возможном применении такого поощрительного института.

По Уставу дисциплинарные взыскания применялись в зависимости от социальных различий. К нему прилагался список лиц благородного сословия и членов их семей, к которым не применялись телесные наказания. Согласно Уставу, «благородных заключенных» запрещалось называть по фамилии, к ним обращались только по имени и отчеству. Остальных же обязаны были называть только по имени. Называть «благородного заключенного» лишь по имени, без отчества, допускалось только в порядке дисциплинарного взыскания[147] [148]. Кроме того, допускались свидания с родственниками в воскресные или праздничные дни, но только в присутствии администрации учреждений.

Интересен в историческом отношении факт появления «листов поведения» по типу современных дневников индивидуально-воспитательной работы, которые были введены вышеназванным Уставом и обозначены в Положении об исправительном заведении в Петербурге.

Положение требовало составления на каждого арестанта особого листка под названием «лист поведения». Надзиратель ежедневно делал в нем отметку о поведении арестанта и представлял этот листок каждый вечер своему начальнику. В свою очередь начальник вел беседу с арестантом, выражал ему свое удовольствие или выговор, а раз в неделю «листок поведения» после молитвы прочитывался заключенным1. Таким образом, во первых, использовался принцип гласности при применении мер поощрений и взысканий к осужденным, а также в обязательном порядке администрацией учреждения осуществлялся учет всех поощрений и взысканий. В связи с этим в современных условиях важно дополнить перечень поощрений по форме статистической отчетности «ВРО-2» также положением о мерах поощрений в соответствии с ч.1 ст. 113 УИК РФ, которые применяются к осужденным к лишению свободы, а также предусмотреть в рейтинге ИУ соотношение объема применяемых к осужденным поощрений и взысканий.

Необходимо обратить внимание и на то, что по сравнению с законом 1775 года в вышеуказанном Уставе осужденные, находящиеся в смирительном доме, подразделялись на испытуемых и исправляющихся. При этом осужденным, входящим в состав исправляющихся, предоставлялось больше льгот и привилегий. Например, исправляющиеся осужденные имели право на свидание с родственниками в воскресные и праздничные дни дважды в месяц, возможность выбора для себя занятий, которые не противоречили исправительной цели заведения и т.д. Осужденные, не переведенные в разряд исправляющихся, могли иметь свидание только один раз в месяц. За нарушения правил тюремной дисциплины лица, находившиеся в смирительных домах, могли быть наказаны прутьями, заключением в темный карцер на неделю или же на три дня посажены на хлеб и воду[149] [150].

В ноябре 1851 года был утвержден новый нормативный акт, регламентирующий деятельность тюремных филантропов, - Устав Общества попечительного о тюрьмах, который в 1857 году структурно вошел в Устав о содержащихся под стражею, что придало ему силу закона. Деятельность указанного общества получила законодательную регламентацию, при этом члены общества, в лице директоров комитетов, имели возможность не только надзирать за религиозностью арестантов, но и отдавать распоряжения о помещении их в карцер на срок до 6 дней или особое помещение, пока они не изъявят «искреннего раскаяния», а также освобождать досрочно при достижении осужденным морального исправления1. Изменение отношения к попечительскому обществу свидетельствует о признании властью идеи нравственного исправления осужденных некарательными мерами. К одной из таких мер можно отнести исправительное воздействие на личность с перспективой досрочного освобождения из мест заключения при условии духовного перерождения осужденного.

Устав о содержащихся под стражею 1857 г. внес большой вклад в совершенствование пенитенциарной системы России, в том числе в области правового регулирования поощрительных институтов, применяемых к лицам, лишенным свободы. Тем не менее этот документ регламентировал наложение на заключенных различных видов взысканий в зависимости от социальной принадлежности[151] [152].

В общем плане следует отметить, что в первый (дореформенный) период развития законодательства в области применения поощрительных институтов к осужденным тюремная система была адекватна специфике и требованиям времени. И хотя она несла на себе отпечатки феодальных порядков (применение телесного наказания, клеймение узников, ношение шейных цепей, деревянных колодок, кандалов и рогаток), в то же время возрастала роль исправительного воздействия через приобщение к труду, образовательную работу, религиозное воспитание и применение поощрительных институтов по категориям и разрядам в зависимости от отношения к труду и соблюдения правил поведения.

Второй (послереформенный) период развития законодательства (1879 - октябрь 1917 гг.) обусловлен социально-экономическими изменениями в России в результате крестьянской реформы. В связи с этим возникли внутренние политические противоречия, которые оказали влияние на характер преступности и состав осужденных. Появляется понятие преступника государственного, политического. В этих условиях неизбежно вставал вопрос о тюремной реформе. 1 февраля 1872 года Высочайшим повелением была образована особая комиссия по составлению общего систематического проекта о тюремном преобразовании в государстве. Председатель этой комиссии граф Соллогуб отмечал: «Преобразование тюрем не что иное, как преобразование Уложения о наказаниях и Устава о содержащихся под стражею»1.

Соллогуб впервые ввел в смирительном доме ночное разделение заключенных и оборудовал мастерские для организации тюремного труда. Определенное значение имеет и постановка комиссией вопроса о необходимости законодательно урегулировать проблему справедливого вознаграждения заключенных за труд. По мнению комиссии, заработная плата должна делиться на две равные части: одна из них поступает в казну, а другая в свою очередь делится еще на две равные части. Первая выдается заключенному на руки при хорошем поведении, а другая - начисляется на его имя и выдается при выходе из тюрьмы[153] [154]. Таким образом, уже в XIX веке придавалось определенное значение позитивному стимулированию материального характера и подготовке к освобождению из мест заключения в отношении лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы.

Результатом работы комиссии стал закон Государственного совета от 27 февраля 1879 года «Об учреждении в составе Министерства внутренних дел Главного тюремного управления». Тюремная реформа значительно изменила систему наказаний, избрав лишение свободы основным видом наказания, а формой его реализации - тюремное заключение.

В Уставе о содержащихся под стражею в редакции 1890 года (ст. 335) уделялось внимание и поощрительным институтам, направленным на стимулирование правопослушного поведения, которые в основном касались исправительных арестантских отделений и были связаны с изменением условий отбывания наказания арестантов по категориям в зависимости от поведения1. Условия и порядок отбывания наказания регламентировался ст. 312-322 вышеназванного Устава. Арестанты, зарекомендовавшие себя в течение 2 лет с положительной стороны добросовестным поведением, исполнением обязанностей веры и прилежанием к труду или успехами в изучении мастерства, переводились в отряд исправляющихся (ст.312). Девять месяцев пребывания в этом отряде засчитывались за год назначенного судом срока наказания. Перевод в отряд исправляющихся осуществлялся постановлением общего собрания в составе попечителя, священника, начальника отделения и утверждался губернским правлением или градоначальником. О переводе объявлялось на общем собрании арестантов, что подчеркивало открытость и гласность в применении поощрительного института изменения условий отбывания наказания. Если переведенный в отряд исправляющихся недостойным поведением не оправдывал оказанного ему доверия, то он исключался из отряда и вопрос о повторном переводе мог быть возбужден только по истечении трех лет. Арестанты, дважды совершившие побег или покушавшиеся на побег, переводу в отряд исправляющихся не подлежали вообще1.

Одним из важных стимулов для несовершеннолетних осужденных в приютах была так называемая марочная система оплаты труда, которая заключалась в том, что на каждого воспитанника заводилась специальная карточка с пометками о его поведении, отношении к работе и учебе. Если он вел себя хорошо, то выставлялась особая отметка (марка), а если неудовлетворительно, то марка не выставлялась. Каждые три месяца производился подсчет марок и осужденный в зависимости от количества марок переводился в высший или низший разряд, или оставался в том же ещё на 3 месяца. Марочная система стимулировала труд, исправление несовершеннолетних осужденных и практиковалась в 1916 году в Киевской, Лисинской и других колониях . Кроме того, в отношении положительно характеризующихся несовершеннолетних осужденных применялись

поощрения, которые способствовали развитию самостоятельности и чувства ответственности. Например, таким осужденным разрешался выход в город с поручениями, предоставлялся отпуск к близким родственникам, их отдавали на время в услужение к благонадежным людям[155] [156] [157]. Такой исторический опыт подчеркивает важность и необходимость стимулирования осужденных посредством предоставления отпусков и разовых выходов как несовершеннолетним, так и взрослым осужденным для поддержания и восстановления их социально-полезных связей. На наш взгляд,

целесообразно предусмотреть в рейтинге ИУ УИС оценку учреждения за количество объем предоставленных положительно характеризующимся

осужденным отпусков с выездом за пределы ИУ и разовых выходов за пределы ИУ. Это будет способствовать активизации применения этих поощрительных институтов к осужденным к лишению свободы.

В соответствии со ст. 137 Устава о содержащихся под стражею в редакции 1890 года к лицам, отбывающим наказание в виде ареста, разрешалось покидать места заключения на срок до трех дней в случае смерти или тяжелой болезни родителей, супругов, детей, родных братьев и сестер. Время отпуска в срок отбывания наказания не засчитывалось. Таким образом, уже тогда были закреплены в законодательстве краткосрочные выезды за пределы мест лишения свободы в связи с исключительными личными обстоятельствами. Кстати, по данным НИИИТ ФСИН России, в 2013 г. было предоставлено 417 отпусков по исключительным личным обстоятельствам (в 2009 г. - 725; в 2010 г. - 570; 2011 - 637). При этом не прибывших в установленные сроки без уважительных причин из данных выездов в течение 2013 г. оказалось 2 человека, а в 2011 вообще таких лиц не было. Тем не менее этот институт является важным стимулом и средством успешной социальной адаптации к условиям жизни в обществе. Эти данные подтверждает целесообразность более широкого предоставления осужденным выезда по исключительным личным обстоятельствам с учетом поведения осужденных.

Также представляется интересным, что ещё в 1888 г. в Казанском приюте для несовершеннолетних осужденных использовались выезды из приюта на длительное время (двухнедельный период) в деревню, находящуюся в 10 верстах от учреждения, для организации досуга воспитанников[158].

Следует отметить, что Главное тюремное управление не обращало внимания на рекомендации Лондонского международного тюремного конгресса 1872 года о введении форм статистической отчетности, разработанных специальной комиссией и успешно применявшихся в большинстве европейских стран. Так, форма №8 предназначалась для сбора сведений о количестве совершенных арестантами нарушений дисциплины, количестве и характере объявленных взысканий, о случаях рецидива в дисциплинарных проступках, а также о количестве всех поощрений в течение календарного года.

В основном Устав о содержащихся под стражею в редакции 1890 года имел прогрессивное значение в развитии поощрительных институтов как средств исправительного воздействия на заключенных. Данный Устав не предусматривал телесных наказаний. Однако изменения и дополнения, внесенные в него Законом от 23 мая 1901 года, в качестве дисциплинарных мер, применяемых к заключенным, вновь ввели телесные наказания1.

Сложившаяся в начале XX века в пенитенциарном законодательстве концепция предусматривала применение к заключенным поощрительного института условно-досрочного освобождения, материальное воплощение которых было заложено в законе от 22 июня 1909 года «Об условном досрочном освобождении»[159] [160]. Указанный закон вносил изменения в пять основополагающих законодательных актов: Уложение о наказаниях, Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, Уголовное уложение 1903 г., Устав уголовного судопроизводства и Устав о содержащихся под стражей. Основные условия применения УДО были изложены в Уставе о содержащихся под стражей.

Так, в ст. 416 этого Устава было отмечено, что лица, которые приговорены к заключению в исправительное арестантское отделение или в исправительный дом могут быть условно освобождены из заключения по отбытии не менее трех четвертей определенного им судебным приговором срока наказания, если они отбыли в месте заключения не менее шести месяцев без зачета в этот срок времени, проведенного до того под стражей. При этом условно-досрочное освобождение представлялось заключенным в том случае, если их одобрительное поведение во время заключения давало достаточные основания полагать, что при освобождении из заключения они будут вести добропорядочный образ жизни (ст. 417 Устава). Кроме того, лицо, освобожденное условно-досрочно на весь период неотбытой части наказания передавалось под наблюдение и на попечение местного общества патроната или местного комитета (отделения) Общества Попечительного о Тюрьмах (ст. 430 Устава)[161]. Очевидно, что освобождение осужденного условно-досрочно из-под стражи под наблюдение или попечение местного общества патроната является актуальным и в настоящее время. На современном этапе общественные и религиозные организации, а также реабилитационные центры могут оказывать всемерную помощь освобожденным из мест лишения свободы, что будет способствовать их успешной социальной адаптации после освобождения и снижению уровня рецидивной преступности.

Таким образом, основным критерием оценки возможности предоставления заключенным УДО являлось их положительное поведение в период отбывания заключения, которое дает основание предполагать, что они будут вести добропорядочный образ жизни. Условность досрочного освобождения по данному законодательному акту заключалась в возможности отмены указанного поощрительного института при совершении в течении оставшейся не отбытой части наказания какого-либо преступного деяния, за которое он будет осужден приговором суда, или будет установлено его порочное поведение, угрожающее личной или общественной безопасности или общественному порядку (например, пьянство, распутство, тунеядство, праздношатание, общение с порочными людьми и т. п.), или если досрочно освобожденный нарушит другие условия предоставления свободы1. При возвращении досрочно освобожденного в место заключения время, проведенное им на свободе, в срок наказания не засчитывалось, и срок заключения исчислялся со времени взятия его под стражу. Итак, институт условно-досрочного освобождения уже в начале XIX века приобрел характерные черты и основные элементы условности и поощрительной направленности.

Большую работу в области теоретического обоснования условнодосрочного освобождения проделали такие ученые, как И. Я. Фойницкий , А. А. Пионтковский[162] [163] [164], П.И. Люблинский[165], Н. С. Таганцев[166], С. В. Познышев[167], члены русской группы международного союза криминалистов и др.

Представляет также интерес исторический опыт порядка применения условно-досрочного освобождения в Российской империи. Вопрос о применении УДО к заключенному представлялся начальником места заключения на рассмотрение Особого Совещания, под председательством одного из местных мировых судей, назначающегося съездом мировых судей или окружным судом. В состав Особого Совещания входили представитель прокурорского надзора, губернский тюремный инспектор или его помощник, полицеймейстер или уездный исправник или их помощники, начальник места заключения или его помощник, два директора или директрисы местных комитетов или отделений общества попечительного о тюрьмах или обществ патроната[168].

Особое Совещание по большинству голосов принимало решение о предоставлении заключенному условно-досрочного освобождения. Затем постановление Особого Совещания и дело об условном досрочном освобождении заключенного рассматривалось окружным судом. При положительном решении вопроса данный документ утверждался и обращался к исполнителю.

С учетом вышеизложенного представляется целесообразным создать независимый постоянно действующий орган, по аналогии с российским Особым Совещанием, который бы рассматривал вопросы досрочного освобождения осужденных. Более оптимальным представляется возложить рассмотрение этих вопросов на комитеты по вопросам досрочного освобождения осужденных в субъектах Российской Федерации, которые могут быть независимым органом по предварительному рассмотрению ходатайств и заявлений по досрочному освобождению осужденных и внесению рекомендаций о целесообразности данного вида освобождения в суд для принятия решения.

После Февральской революции 1917 года происходит некоторая либерализация тюремного режима. Тем не менее Временное правительство ограничилось проведением незначительных реформ. На должность начальника Главного тюремного управления (ГТУ с 26 апреля 1917 года - Г лавное управление мест заключения - ГУМЗ) был назначен профессор А.А. Жижиленко. В одном из приказов ГТУ, изданном в марте 1917 года, говорилось: «Главная задача наказания - перевоспитание человека, имевшего несчастье впасть в преступление в силу особенностей своего характера или неблагоприятно сложившихся внешних обстоятельств, и что для надлежащего осуществления этой задачи прежде всего необходимо проявлять гуманность к заключенным. Личное достоинство человека, ставшего гражданином, должно быть признаваемо и в отношении того, кто лишен свободы»1.

В соответствии с этим впредь до отмены в надлежащем порядке телесного наказания, применяемого на основании ст. 397 Устава о содержащихся под стражею и ст. 238, 240 Устава о ссыльных (издание 1909 г.) ГТУ предлагало чинам тюремной администрации в тех случаях, когда применение телесного наказания в отношении заключенных и ссыльных зависит от их власти, не назначать его. Предлагалось также устранить из тюремной практики предусмотренное статьей 407 Устава о содержащихся под стражею наложение кандалов на арестантов в виде меры предупреждения побегов[169] [170].

Общественно-политическая обстановка в государстве, состояние дел в местах заключения поставили на повестку дня вопрос о необходимости поиска наиболее эффективных мер по выходу из сложного положения, в котором оказалась вся тюремная система. Одним из реальных шагов по выходу из кризисной ситуации было объявление 17 марта 1917 года Временным правительством амнистии заключенных, на основании которой из мест лишения свободы были освобождены 88097 осужденных или 75% лиц, находившихся под стражей. На 1 сентября 1917 года в 712 местах заключения содержалось немногим более 25 тысяч заключенных[171]. Кроме того, Временное правительство издало постановление, отменявшее статьи «Устава о содержащихся под стражей», которые допускали применение к заключенным розг, смирительной рубашки, оков[172]. Однако постоянное осложнение обстановки в местах заключения поставили Главное управление местами заключения перед необходимостью не только отказа от внедрения новых подходов в работе с заключенными, но и неотложного ужесточения режима и условий их содержания1.

Третий период развития поощрительных институтов начинается с Октябрьской революции 1917 года. Правовое регулирование поощрительных институтов, применяемых к осужденным к лишению свободы, постоянно изменялось и дополнялось, о чем свидетельствует анализ важнейших источников уголовного и уголовно-исполнительного права. Период с лета 1918 года характеризовался страшной разрухой тюремного дела. Решая задачу превращения тюрем в воспитательные учреждения, Народный комиссариат юстиции (НКЮ) разрабатывает формы и методы проведения культурно-просветительной работы с заключенными. Положение об общих местах заключения РСФСР, утвержденное постановлением НКЮ от 15 ноября 1920 года, закрепляет поощрительный институт изменения условий отбывания наказания в зависимости от их отношение к установленному порядку отбывания наказания. Согласно ст. 46 данного Положения осужденные делились на три категории: осужденные за преступления, не имеющие корыстного характера; осужденные за корыстные преступления; рецидивисты той или иной группы . Объем и характер прав и обязанностей осужденных зависели от разрядов заключенных которые дифференцировались на: 1) испытуемых; 2) штрафной разряд; 3) исправляющихся; 4) образцовый разряд. Заключенные образцового разряда имел право на отпуск два раза в год по 7 дней. Передвижение из разряда в разряд связывалось с поведением заключенных. Право досрочного освобождения предоставлялось осужденным в разряде исправляющихся по отбытии четверти срока наказания и не менее одного месяца в разряде [173] [174] образцовых1. Таким образом, система разделения осужденных на разряды с возможностью последующего досрочного освобождения с разряда «образцовых» в целом отражала направленность на развитие поощрительных институтов.

Большое воспитательное значение в деле исправления осужденных имел декрет Совета Народных Комиссаров (СНК) РСФСР «О лишении свободы и о порядке условно-досрочного освобождения заключенных»[175] [176], принятый 21 марта 1921 года. Данный декрет не только уточнил содержание прогрессивной системы отбывания наказания, но и узаконил институт УДО, которое могло применяться после отбытия заключенным половины срока наказания. Вместе с тем губернские распределительные комиссии имели право представления к досрочному освобождению ранее этого срока (п. 4 ч. 2, 3)[177].

Применение гуманного отношения к осужденным выражалось и в УК РСФСР 1922 года[178]. Была создана наблюдательная комиссия, которая осуществляла контроль за отбыванием осужденным наказания и применения к ним различных видов досрочного освобождения. В ст. 52 и 53 УК РСФСР было закреплено, что к осужденным, которые отбывают наказания в виде лишения свободы или принудительных работ, обнаружившим исправление, может быть применено УДО двух видов: полное освобождение и перевод на принудительные работы без содержания под стражей на весь оставшийся срок. В связи с этим С.В. Познышев отмечал, что перевод на принудительные работы был в сущности заменой одного наказания другим, а не условнодосрочным освобождением[179]. Очевидно, советский законодатель тогда еще не видел особой разницы между такими институтами, как замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания и условно-досрочное освобождение. Поэтому с момента образования указанной замены наказания между поощрительными институтами замены наказания и условнодосрочного освобождения существовала конкуренция, так как никаких различий в основаниях применения этих институтов в законе не было.

Следует отметить, что в современном уголовно-исполнительном законодательстве также существует конкуренция между этими институтами в связи с одинаковым формальным основанием, что мешает эффективному применению института замены наказания в ИУ УИС. В связи с этим одним из выходов из сложившего положения может быть снижение обязательных сроков для применения указанной замены наказания по сравнению с УДО.

Нельзя не обратить внимание на общую гуманную направленность поощрительных институтов первого исправительно-трудового кодекса, утвержденного 16 октября 1924 года ВЦИК РСФСР. Согласно ст. 100 ИТК РСФСР в зависимости от результатов воспитательного воздействия осужденные подразделялись на три разряда: начальный, средний и высший. При переводе из одного разряда в другой осужденные делились на три категории: первая - подлежащие лишению свободы со строгой изоляцией; вторая - профессиональные преступники, а также не принадлежащие к трудящимся, совершившие преступление вследствие своих классовых привычек, взглядов и интересов; третья - все остальные осужденные, которые не отнесены ни к одной из первых двух категорий. Чем выше категория или разряд, тем больше прав и преимуществ у осужденного, тем ближе он к УДО, которое применялось к осужденным, отбывшим определенную часть наказания. Перевод из более низкого в более высокий разряд и наоборот зависел от соблюдения осужденными требований режима и отношения к труду и учебе.

Различия в режиме между разрядами сводились к следующему: осужденным начального разряда предоставлялось право свидания один раз в две недели, получения передачи один раз в неделю, они могли распоряжаться не свыше одной трети числящихся на их счету денег. Осужденные среднего разряда пользовались правом свидания, выписки и передачи один раз в неделю и могли распоряжаться не свыше двух третей числящихся на их счету денег. Кроме того, осужденные среднего разряда имели право на семидневный отпуск в календарном году по истечении двух месяцев пребывания в этом разряде (п. «а» ст. 143 ИТК РСФСР), избирать и быть избранными в культурные комиссии (самодеятельные организации осужденных). Осужденные высшего разряда пользовались правом свободного передвижения в течение всего дня в пределах отведенных для них отделений. Свидания и передача разрешались два раза в неделю. Они могли тратить до трех четвертей имеющихся на их счету денег (ст.132 ИТК РСФСР). За добросовестное отношение к труду наблюдательные комиссии могли в виде поощрительной меры предоставлять свидания даже осужденным среднего разряда (ст.138 ИТК РСФСР). Кроме того, в виде поощрения осужденные могли быть переведены в переходные исправительно-трудовые дома. Как указывалось в статье 156 ИТК РСФСР, их целью было испытание осужденных в обстановке полусвободного режима. Очевидно, применение переходных исправительно-трудовых домов, аналогичных современным колониям-поселениям, является началом зарождения поощрительного института изменения вида ИУ.

Одним из важнейших поощрительных институтов, стимулирующих исправление осужденных, были зачеты рабочих дней. Так, в ч. 2 ст. 52 ИТК РСФСР отмечалось: «Проявление осужденными из среды трудящихся особо продуктивного труда и приобретение ими профессиональных навыков, свидетельствующих о происшедшем приспособлении к условиям трудового общежития поощряется по постановлению распределительной комиссии зачетом двух дней за три дня срока лишения свободы»1. Сложившаяся дифференцированная система зачетов представляла собой безусловную форму освобождения от отбывания наказания. Введение системы зачетов сыграло огромную роль в деле восстановления страны после гражданской войны и стимулирования исправления осужденных. В настоящее время этот исторический опыт применения института зачетов рабочих дней также представляет интерес, но в современных условиях при отсутствии возможности обеспечить полную занятость осужденных трудом является трудновыполнимым. Администрация ИУ в основном поощряет осужденных, обеспеченных работой в учреждении. В то же время, если в 1989 году свыше 90 % осужденных были обеспечены работой, то по данным специальной переписи осужденных 2009 года постоянно работает лишь половина женщин и треть мужчин[180] [181].

Важная роль в организации процесса исполнения наказания отводилась распределительным комиссиям, создаваемым при губернских (областных) инспекциях мест заключения. К их компетенции относились: перевод осужденных второй и третьей категории из одного разряда в другой ранее установленных сроков; ходатайство перед Главным управлением мест заключения (ГУМЗ) о таком переводе осужденного первой категории; ходатайства перед судом о продлении срока заключения в отношении несовершеннолетних осужденных; условное и безусловное досрочное освобождение осужденных в силу амнистии или отбытия установленного законом минимального срока; зачет двух дней работ за три дня лишения свободы. В связи с этим А.В. Ястребов подчеркивает: «Распределительные комиссии имели право сами досрочно освобождать от наказания и сокращать сроки (без представления материалов на рассмотрение суда), т.е. могли изменять по существу приговоры судов»1.

Эти комиссии действовали до конца 1929 года, а затем были заменены наблюдательными комиссиями, образование которых при каждом месте заключения было предусмотрено ст.19 ИТК РСФСР 1924 года . В состав наблюдательной комиссии входили: начальник места заключения (председатель), народный судья (зам. председателя), представитель бюро профессиональных союзов. Данная комиссия имела право вносить представления в распределительную комиссию о досрочном освобождении от наказания, о переводе осужденного из одного исправительно-трудового учреждения в другое, о разрешении отпусков заключенным и наложении дисциплинарных взысканий за несвоевременное возвращение из отпусков, о разрешении непосредственных свиданий осужденным среднего разряда.

Вышеизложенное позволяет заключить: в ИТК РСФСР 1924 года прогрессивная система отбывания наказания обрела законченное законодательное оформление, что имело существенное значение в развитии поощрительных институтов и в стимулировании положительного поведения осужденных.

Поощрительные институты получили свое закрепление и в других правовых актах. Так, в ст. 23 Положении об исправительно-трудовых лагерях, утвержденного постановлением СНК СССР 7 апреля 1930 года, указывалось, что к заключенным, которые проявят усердное отношение к труду и хорошее поведение, применяются следующие меры поощрения: а) объявление благодарности в приказе по отдельному лагерю или по [182] [183] управлению лагерей с занесением в личное дело; б) выдача премиального вознаграждения (только лицам, находящимся на облегченном и льготном режимах); в) улучшение жилищных и бытовых условий (предоставление свидания, свободных прогулок, получение и отправление корреспонденции вне нормы и очереди и т.п.)1. В связи с этим улучшение жилищных и бытовых условий можно было бы применять и в современных исправительных колоний к осужденным, находящимся в облегченных условиях отбывания наказания - для стимулирования их перевода в данные условия и повышения эффективности исправительного воздействия.

Все изменения в исправительно-трудовом законодательстве, происшедшие с момента принятия ИТК 1924 года, были учтены во втором Исправительно-трудовом кодексе РСФСР, принятом 1 августа 1933 года постановлением ВЦИК и СНК РСФСР. Отличительная черта данного кодекса состоит в том, что в нем почти не содержалось норм, регулирующих прогрессивную систему отбывания наказания, в связи с негативным отношением к данному институту НКЮ РСФСР и ряда деятелей науки . ИТК РСФСР 1933 года формально отменил систему деления осужденных на категории и разряды, устранив множественность видов мест лишения свободы и предусматривал некоторые элементы прогрессивной системы. Этот закон отменил такие меры поощрения, как ускоренный перевод на облегченный и льготный режимы, выдача продовольственного пайка. Сохранился лишь поощрительный институт УДО (ст. 124-128), но и он был ликвидирован в 1939 году. Также наблюдательные комиссии (ст.78) наделялись правом предоставлять за ударную работу, образцовую дисциплину отпуска (до 15 дней в каждом году с зачетом в срок лишения свободы) заключенным, отбывшим не менее трети срока лишения свободы. Однако указанный кодекс не регламентировал деятельность исправительно- [184] [185] трудовых лагерей, которые находились в ведении ОГПУ, и исправительнотрудовых колоний, подчиненных Наркомату юстиции.

Как положительный факт следует отметить, что в начале 1930-х годов еще сохранялся открытый характер пенитенциарной системы. Представители общественности участвовали в работе распределительных и наблюдательных комиссий, осуществлялось изучение личности осужденного в местах лишения свободы. Однако вскоре ИТК 1933 г. вступил в противоречие с новой исправительно-трудовой политикой государства и был заменен закрытыми ведомственными нормативными правовыми актами[186].

К середине 30-х годов ГУЛАГ, постоянно пополняющийся заключенными, стал трудноуправляемым. Но вместо того чтобы искать причины в самой системе, руководство НКВД стало на путь ужесточения репрессий. С конца 30-х по начало 50-х годов прошлого века в связи с установлением в стране тоталитарного политического режима и культа личности И.В. Сталина кодексы практически перестали применяться, законодательная регламентация исполнения наказания была замещена ведомственными актами, а судебная власть была подменена Особым совещанием. Указанное время ознаменовалось массовыми политическими процессами и репрессиями. Практика применения УДО постепенно начала сокращаться, и для максимального использования рабочей силы заключенных на строительстве и производстве приказом НКВД СССР от 15 июня 1939 г. «Об отмене практики зачета рабочих дней и условнодосрочного освобождения» система досрочного освобождения осужденных была отменена. М.А. Кузьмин справедливо отмечает, что этот приказ был издан в нарушение закона, так как УДО определялось соответствующим законом - Основными началами уголовного законодательства СССР и союзных республик (ст. 38-39), а отменить его вправе только Верховный Совет СССР или его Президиум1.

Отмена досрочного освобождения имела крайне отрицательные последствия в достижении целей наказания, ликвидировало стремление осужденных к исправлению, а также привела к массовым волнениям и забастовкам. Как указывал И. Д. Перлов, «отмена институтов зачета рабочих дней и условно-досрочного освобождения привела к существенному ограничению прав осужденных, лишению их стимула к быстрейшему исправлению, а также затруднила процесс исправления заключенных»[187] [188] [189].

Восстановление поощрительного института УДО произошло только через девять месяцев после ее отмены. Однако использовали его ограниченно с согласия уполномоченного оперативно-чекистского отдела и инспектора учетно-распределительной части только по решению Особого совещания при НКВД СССР.

Приказом НКВД СССР от 02.08.1939 года, утвердившим Временную инструкцию по режиму содержания заключенных в ИТЛ НКВД СССР, отменялись все ранее изданные приказы и директивные указания в данной сфере. Руководство НКВД понимало, что только усилением карательных санкций навести правопорядок в деятельности ИТЛ невозможно. В связи с этим в отношении особо отличившихся заключенных возбуждались ходатайства перед коллегией или Особым совещанием НКВД об условнодосрочном освобождении . По данным В.Н.Земскова, в 1939 году из ИТЛ было досрочно освобождено 223,6 тыс. заключенных[190].

Временная инструкция предусматривала такую меру поощрения, как направление на курсы повышения или получения квалификации. Была создана система массово-технического обучения заключенных, а также утверждено Положение о массово-техническом обучении заключенных1.

По данным исследования В.М. Исакова начало Великой Отечественной войны не оказало существенного влияния на режим содержания заключенных[191] [192]. В период войны условия содержания в ИТЛ были довольно тяжелыми. Например, для осужденных на каторжные работы устанавливался десятичасовой рабочий день.

Окончание войны вызвало необходимость переосмысления мер стимулирования правопослушного поведения заключенных в ИТЛ. В 1947 году Инструкцией по режиму содержания заключенных в исправительнотрудовых лагерях и колониях МВД был восстановлен довоенный порядок содержания заключенных (общий и усиленный режимы ИТЛ) и введены некоторые элементы прогрессивной системы отбывания наказания[193]. Отличия в режимах заключались в том, что заключенные ИТЛ усиленного режима не могли быть расконвоированы, они использовались преимущественно на общих работах, за проступки несли повышенную дисциплинарную ответственность и содержались под усиленной охраной. Кроме того, указанные заключенные по отбытии не менее одной трети срока наказания, назначенного по приговору суда, могли в порядке поощрения переводиться для дальнейшего отбывания наказания в ИТЛ общего режима.

Постановлением Совета Министров СССР от 8 декабря 1958 года №1334 было утверждено новое Положение об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД СССР, которое определило задачи мест заключения, основные средства воздействия на заключенных, в том числе меры поощрения и взыскания, применяемые к ним. В исправительнотрудовых колониях устанавливались три вида условий отбывания наказания: общий, облегченный и строгий.

В период с 1954 по 1961 год в СССР успешно применялся поощрительный институт изменения вида ИТК путем перевода в колонии облегченного режима. Эти колонии по своему назначению и характеру режима в значительной мере напоминали современные колонии-поселения. В ИТК облегченного режима в соответствии с Положением «Об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД СССР» 1958 г. могли содержаться: лица, впервые осужденные к лишению свободы на срок не более 3 лет; лица, переведенные из колоний общего режима по отбытии ими не менее трети срока наказания при условии примерного поведения и добросовестного отношения к труду; лица, переведенные из исправительнотрудовых колоний для несовершеннолетних по достижении 18 лет, если они себя хорошо зарекомендовали[194].

Думается, что исторический опыт перевода положительно характеризующихся осужденных из исправительно-трудовых колоний для несовершеннолетних по достижении 18 лет в колонию-поселение является актуальным в настоящее время и его можно использовать в воспитательных колониях УИС. В случае перевода в колонию-поселение на осужденных в меньшей степени будут воздействовать традиции и обычаи криминальной субкультуры по сравнению с ИК общего режима и, наоборот, в большей степени улучшатся их социально полезные связи, повысится возможность получения среднего профессионального или высшего образования и т.д.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 9 сентября 1961 года утверждается новое Положение об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД РСФСР, которое регламентируется приказом МВД РСФСР от 11 сентября 1961 года № 4401.

В этом нормативно-правовом акте система мер поощрения была дополнена новыми видами. В перечень мер поощрения были включены: представление к досрочному переводу из тюрьмы в исправительно-трудовую колонию; представление к переводу из исправительно-трудовой колонии особого режима в колонию строгого режима; представление к условнодосрочному освобождению или замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания; представление к помилованию.

Положением об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД РСФСР были введены четыре вида режима исправительно-трудовых колоний: общий, усиленный, строгий и особый. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1963 г. «Об организации исправительно-трудовых колоний-поселений и о переводе в них осужденных, твердо вставших на путь исправления» эта система колоний была дополнена еще одним видом - колонией-поселением[195] [196] [197].

Следует отметить, что конец 60-х и начало 70-х годов отличался значительным оживлением опытно-экспериментальных и научноисследовательских работ. Так, в Вологодской области проводился эксперимент по формированию воспитательных коллективов осужденных. В основе эксперимента лежали методические принципы теории коллективов, разработанных еще в 30-е годы А.С. Макаренко. В 1972 году данный опыт был официально возведен в ранг передового, а основные его положения

3

нашли отражение во многих ведомственных документах и инструкциях . Один из элементов данного опыта заключался в том, что осужденные, которые представлялись к УДО обязательно проходили через самодеятельную организацию осужденных в виде - совета коллективов осужденных отряда. Принципиальная оценка данного совета имело также большое значение в вопросах применения администрацией ИУ и судом поощрительных институтов УДО, замены наказания, изменения вида ИУ и условий отбывания наказания.

Принятие в 1969 году Основ исправительно-трудового законодательства Союза ССР, а затем ИТК РСФСР 1970 года явилось важным этапом в развитии правового регулирования поощрительных институтов. В ИТК РСФСР 1970 года детально регламентировалась система мер поощрения и взыскания, применяемых к осужденным в местах лишения свободы. Эта система была значительно расширена и дополнена новыми видами поощрений, а взыскания претерпели изменения в сторону ослабления их карательных свойств.

Меры поощрения согласно ст. 51 ИТК 1970 года регламентировались в зависимости от степени исправления по трем группам. К первой группе относились поощрения, применяемые к осужденным за хорошее поведение и честное отношение к труду и обучению. К ним относились следующие меры: объявление благодарности; занесение на Доску передовиков производства; награждение похвальной грамотой; премирование за лучшие показатели в работе; разрешение на получение дополнительно одной посылки или передачи; разрешение на получение дополнительного краткосрочного или длительного свидания; разрешение дополнительно расходовать деньги на покупку продуктов питания и предметов первой необходимости; досрочное снятие ранее наложенного взыскания; перевод в ИТК особого режима осужденных, отбывших не менее одной трети срока наказания, из помещений камерного типа в обычные жилые помещения той же колонии; увеличение времени прогулки осужденным, содержащимся в тюрьме на общем режиме, до двух часов, на строгом режиме - до одного часа.

Ко второй группе относились поощрения, связанные с изменениями вида ИУ, например перевод осужденных, твердо вставшим на путь исправления, которые могли быть представлены к переводу для дальнейшего отбывания наказания из исправительно-трудовой колонии общего, усиленного и строгого режимов в колонию-поселение (по отбытию не менее одной трети срока) и т.д. По сравнению с осужденными, к которым применялись поощрения, входящие в первую группу, для рассматриваемой категории осужденных необходимо было достижение более высокой степени исправления.

В третью группу входили поощрения к осужденным, доказавшим свое исправление, которые могли быть представлены к условно-досрочному освобождению или к замене неотбытой части наказания более мягким наказания. При представлении осужденных к данным видам поощрения у администрации места лишения свободы не должно было быть сомнений, что процесс его исправления завершен[198].

Таким образом, в ИТК РСФСР 1970 года была создана эффективная система поощрений, которая расширялась и дополнялась новыми видами.

Четвертый период развития поощрительных институтов - период демократических преобразований - начинается с момента принятия 12 июня 1990 года Декларации о государственном суверенитете Российской Федерации. Становление российской государственности и утверждение принципов гуманизма в сфере исполнения лишения свободы вызвали необходимость внесения существенных изменений и дополнений в ИТК РСФСР. В связи с этим Законом РФ от 12 июня 1992 года «О внесении изменений и дополнений в ИТК РСФСР, УК РСФСР, УПК РСФСР» была гарантирована свобода совести и вероисповедания осужденных; введены нормы, обеспечивающие их право на личную безопасность; предоставлена

возможность осуществлять телефонные переговоры; предусмотрены ежегодные отпуска осужденных, в том числе с правом выезда за пределы исправительно-трудового учреждения; исключены из перечня

дисциплинарных взысканий такие меры, как лишение очередного свидания и лишение права на получение очередной посылки и передачи; сняты ограничения на отправку осужденными писем и телеграмм[199].

18 декабря 1996 г. Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации был принят Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации. 25 декабря того же года он был одобрен Советом Федерации, а 8 января 1997 года подписан Президентом Российской Федерации. В данный период произошли существенные изменения в системе исполнения уголовных наказаний и управления уголовно-исполнительной системой. В связи со вступлением Российской Федерации в Совет Европы состоялась передача уголовно-исполнительной системы из Министерства внутренних дел РФ в ведение Министерства юстиции РФ. Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 года № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» создана Федеральная служба исполнения наказаний, подведомственная Минюсту России.

Гуманизация исполнения наказаний в период реформирования УИС позволила обеспечить более высокие гарантии соблюдения прав человека и внести ряд существенных поправок в уголовное и уголовно-исполнительное законодательство, в том числе и в области расширения прав и законных интересов осужденных к лишению свободы и применения поощрительных норм и институтов:

- осужденным к лишению свободы предоставлено право на самостоятельное обращение в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении (ч.1 ст.175 УИК РФ);

- предоставлено право осужденным, отбывающим наказание в ИУ, на ведение телефонных переговоров по мере необходимости, в связи с чем утратил силу пункт «д» части первой статьи 113 УИК РФ о разрешении на дополнительный телефонный разговор (ч.1ст.92 УИК РФ);

- сокращены сроки как перевода для дальнейшего отбывания наказания в колонию - поселение из исправительных колоний различных видов режима (ст.78 ч.2 пп. «в» и «г» УИК РФ), так и условно-досрочного освобождения от отбывания наказания в виде лишения свободы (ч.3 ст. 79 УК РФ);

- осужденным женщинам, имеющим детей в домах ребенка при исправительных колониях, увеличена продолжительность времени для краткосрочного выезда за пределы ИУ для устройства детей у родственников либо в детском доме с семи до пятнадцати суток, не считая времени, необходимого для проезда туда и обратно (ч. 2 ст. 97 УИК РФ);

- введена правовая норма, запрещающая подвергать осужденного жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию (ч. 2 ст.12 УИК РФ);

- осужденным женщинам, находящимся в облегченных условиях отбывания наказания, в целях успешной социальной адаптации по постановлению начальника исправительной колонии, предоставлена возможность за шесть месяцев до окончания срока наказания проживать за пределами исправительной колонии совместно с семьей или детьми на арендованной или собственной жилой площади (ч. 3 ст. 121 УИК РФ).

Рассмотрев историко-правовой аспект правового регулирования поощрительных институтов, необходимо сформулировать следующие выводы, которые представляют определенный интерес:

1. В ст. 64 раздела «Положение о исправительных арестантских ротах гражданского ведомства» Уложения о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 года предусматривается сокращения срока наказания при следующих условиях: десять месяцев пребывания в отряде исправляющихся засчитается за год пребывания в арестантской роте. В современных условиях представляется возможным предусмотреть в законе сокращение срока наказания (например, на срок не более 3 дней в месяц и не более 36 дней в году) к осужденным к лишению свободы, находящимся в облегченных условиях содержания и отбывающим наказание в ИУ.

2. Положение об исправительных заведениях в Петербурге в соответствии с Уставом о содержащихся под стражею в редакции 1857 года предусматривало ведение на арестанта листка поведения, а также осуществление учета всех поощрений и взысканий. В современных условиях важно дополнить перечень поощрений по форме статистической отчетности «ВРО-2» также графой меры поощрения которые применяются к осужденным к лишению свободы в соответствии с ч.1 ст. 113 УИК РФ, а также предусмотреть в рейтинге ИУ соотношение объема применяемых к осужденным поощрений и взысканий для усиления контроля за применением к осужденным указанных мер.

3. В соответствии с законом от 22 июня 1909 года «Об условном досрочном освобождении» вопрос о применении УДО к заключенному представлялся начальником места заключения на рассмотрение Особого Совещания, под председательством одного из местных мировых судей, назначающегося съездом мировых судей или окружным судом. Затем постановление Особого Совещания и дело об УДО заключенного рассматривалось окружным судом. Данный опыт необходимо применить на современном этапе и создать комитеты по вопросам досрочного освобождения осужденных в субъектах Российской Федерации, которые могут быть независимым органом по предварительному рассмотрению ходатайств и заявлений по досрочному освобождению осужденных и внесению рекомендаций о целесообразности данного вида освобождения в суд для принятия решения.

4. В ст. 26 раздела «Дополнительные постановления о распределении и употреблении осужденных в каторжные работы» Уложения о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 года отмечено, что осужденным, находящимся в разряде исправляющихся за усердие, трудолюбие и воздержанность предоставлялась возможность увольняться с работы в определенные дни, в основном в христианские праздники. Также в России в 1916 году в отношении положительно характеризующихся несовершеннолетних осужденных применялись поощрения в виде разового выхода в город с поручениями, предоставления отпуска с выездом к близким родственникам. Учитывая такой исторический опыт представляется возможным использовать в виде меры поощрения разовый выход осужденных за пределы ИУ в выходные или праздничные дни с учетом индивидуальных особенностей личности, условий и режима отбывания наказания с целью укрепления социально полезных связей.

5. С 1954 по 1961 гг. в СССР функционировали колонии облегченного режима, которые по своему назначению и характеру режима в значительной мере напоминают современные колонии-поселения. В данные колонии облегченного режима могли переводится осужденные из ИТК для несовершеннолетних по достижении 18 лет, если они себя хорошо зарекомендовали за период отбывания наказания. Данный опыт возможно использовать на современном этапе и применить перевод положительно характеризующихся осужденных воспитательной колонии (ВК), находящихся в облегченных или льготных условиях, в колонию-поселение (КП) по достижении ими 18 лет.

Сохранение и использование исторических традиций, отечественных особенностей в развитии уголовно-исполнительного законодательства

позволит с наибольшей результативностью добиваться целей и задач в области правового регулирования поощрительных институтов уголовноисполнительного права.

<< | >>
Источник: Бабаян Сергей Львович. ПООЩРИТЕЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРАВА (ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ) Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва 2014. 2014

Еще по теме § 1. Поощрительные институты в истории уголовно-исполнительного права России:

  1. ТЕМА 14 СИСТЕМА ПРАВА. СИСТЕМА ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
  2. § 2. Правовой феномен наказания в отношениях налоговой ответственности
  3. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. § 1. Поощрительные институты в истории уголовно-исполнительного права России
  7. § 2. Поощрительные институты в пенитенциарных системах зарубежных стран
  8. § 2. Классификация и оптимизация института мер поощрения в уголовно-исполнительном законодательстве
  9. Список использованной литературы
  10. Список источников и литературы
  11. Библиографический список
  12. Библиографический список использованных источников
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -