<<
>>

§ 1. Предпосылки, причины и условия появления института страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ и особенности его правовой регламентации.

Первоначальной причиной появления на российском рынке страховых услуг продукта [204] под названием «полис страхования ответственности директоров и должностных лиц» стало желание крупных российских компаний провести первое публичное размещение ценных бумаг (Initial Public Offering, далее - IPO[205]) на Нью-Йоркской бирже (NYSE).

Несмотря на то, что заключение договора страхования ответственности директоров и должностных лиц не является обязательным условием для выхода компании на биржу, его заключение рассматривается всеми участниками рынка как «передовая практика» (best practice), гарантия соблюдения действующего на территории США законодательства о ценных бумагах и защиты прав будущих инвесторов (акционеров). Так или иначе заключение договора страхования D&O практически всегда связывали с возможным распространением на российское юридическое лицо иностранного права: чаще всего права США и Соединенного королевства (Англии). Сегодня большинство крупнейших компаний имеют полис D&O (ОАО «Сбербанк»,

ОАО «ВТБ», ОАО «Лукойл», ОАО «Вимм-Билль-Данн», ОАО «МТС»). Более того, наметилась тенденция приобретения данного страхового продукта даже средними по размеру компаниями, которые охотно «следуют моде».[206] Иными словами, основой появления страхования ответственности директоров и должностных лиц явились риски транснационального характера, обусловленные процессами глобализации и интеграции мирохозяйственных связей.

Появление нового вида страхования является закономерным отражением глубинных процессов, происходящих в современной экономической и правовой действительности. Страхование ответственности директоров и должностных лиц является отличным показательным примером взаимодействия национальных экономических и правовых систем (системы российского и американского права, континентального европейского и англосаксонского права) в условиях глобализации.

Учитывая, что «глобализация - объективная закономерность и воспрепятствовать ее развитию не в состоянии никакие силы[207]», для настоящего исследования представляют особый интерес последствия воздействия данного явления на российскую систему регулирования страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ. Взаимное сближение и дальнейшее взаимодействие правовых систем в условиях взаимосвязанности и взаимообусловленности процессов[208], протекающих в мировом сообществе, позволило выявить такое явление, как «конвергенция», которая устраняет различия между национальными правовыми системами, приводит к гармонизации норм и принципов, унификации институтов и правовых стилей, интегрирует все «лучшее», что есть в мировых юридических системах, создает право, общее для отдельных регионов[209] и национальные гибридные системы (право канадской провинции Квебек и американского штата Луизиана). Однако применительно к институту страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ достаточно сложно говорить о гармонизации норм и принципов, создании общего права применительно к отдельному институту страхования ввиду следующих соображений:

1) Различная правовая природа отношений управляющих лиц компании и хозяйственных обществ: наличие фидуциарных обязанностей, основанных на отношении одного лица по отношению к другому, в странах общего права невозможно примирить с общеправовыми требованиями добросовестности и разумности, закрепленными в российском праве;

2) Обширная судебная практика привлечения к ответственности директоров в странах англо-саксонского права, которая в течение длительного времени складывалась «рука об руку» с институтами корпоративного возмещения и страхования ответственности директоров и должностных лиц, и стремительно развивающаяся судебная практика в России в условиях отсутствия единых критериев привлечения к ответственности управляющих лиц, сформировавшейся доктрины применительно к внезапно возникшим и слабо урегулированным/неурегулированным институтам страхования и корпоративного возмещения, не могут быть объединены.

3) Постепенное возникновение и поступательное развитие страхования ответственности директоров и должностных лиц в США и Англии противопоставляется внезапно возникшему новому институту в РФ (первые полисы страхования ответственности представляли собой «переводные тексты» английских или американских договоров без учета специфики российского права, что породило сложности не только практического, но и теоретического свойства - определение правовой природы страхования для определения его места в системе российских страховых правоотношений).

Стоит отметить, что не все исследователи разделяют позицию о необходимости учета национальной специфики (социального, культурного и экономического контекста) при заимствовании правовых норм и принципов. Так, Алан Уотсон[210] (Alan Watson), представитель шотладской правовой школы, разработал теорию правовой трансплантации для описания случаев «перемещения» и/или копирования норм и правил одной правовой системы в другую. Согласно данной теории заимствование представляет собой примитивный социальный процесс, влияющий на «поверхностные» слои национального компонента, который не может вызвать отторжение со стороны культурного контекста той или иной национальной правовой системы. В качестве примера автор приводит правовую систему Израиля, в которой весь объем норм и принципов является результатом заимствования и не учитывает национальную составляющую. В основу данной теории положена идея об автономии права от политики, идеологии, религии и отсутствие культурно-исторической обусловленности правовой материи. Право видится как нормативное отражение, слепок всех мировых общественных отношений и их взаимодействий. Следовательно, теория трансплантации стала методологией для универсализации права. На протяжении XX века теория трансплантации неоднократно подвергалась критике со стороны представителей классической теории права (П. Легранд[211], Г. Тюбнер[212] и др.), опирающейся на давнюю и авторитетную научную традицию о соответствии правовых норм и принципов специфике сложившихся общественных отношений, об обусловленности права культурно-историческим компонентом.

«Каждое право является уникальным духовным произведением, органическим созданием общества. Языком современной медицины можно сказать, что в каждой правовой системе есть свой уникальный и неповторимый ДНК. Соответственно нет и не может быть двух идентичных национальных правовых систем в мире[213]». Таким образом, правовой институт и правовая норма, взятые вне культурного контекста целостной правовой системы, из которой происходит заимствование (донора), не приведет к тем же самым интерпретационным результатам у получателя (реципиента).

Применительно к страхованию можно сделать вывод о существовании «глубинной» причины появления новых видов страхования, в частности страхования ответственности директоров и должностных лиц, - процесс глобализации, порождающий такие явления в праве, как «правовая конвергенция» и «правовая трансплантация». Как представляется автору настоящего исследования, страхование ответственности директоров и должностных лиц - это яркий пример правовой трансплантации, поскольку существующие регуляторы отношений в данной сфере - калька зарубежного опыта, пример заимствования (внешний фактор). При этом необходимо учитывать и «внутренние» факторы[214], способствующие развитию нового вида страхования:

1) законодательное закрепление отраслевого принципа добросовестности (п.3 ст.1 ГК РФ), а также усиление обязанности управляющих лиц компании действовать в интересах компании разумно и добросовестно (ст.53 ГК РФ) путем закрепления гражданской ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица (ст.53.1 ГК РФ);

2) применение судами норм об ответственности исполнительных органов управления (ст.ст.53, 53.1 ГК РФ, ст.44 Закона об ООО, ст.71 Закона об АО, которое позволило «запустить» механизм привлечения лиц, осуществляющих функции единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ, к «реальной» ответственности.

Калькирование зарубежного опыта без закрепления соответствующих правил в отношении страхования гражданско-правовой ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ на практике привело к оценке самой правомерности существования института страхования ответственности директоров и должностных лиц в Российской Федерации. При первом приближении может сложиться впечатление, что указанная проблема решается путем обращения к п.2 ст.421 Гражданского Кодекса РФ, легализующему для сторон возможность «заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами». Несмотря на то, что применительно к страховым отношениям свобода в заключении непоименованного договора существенно ограничена в связи с закреплением специальным законодательством numerous clauses видов страхования (ст.32.9 Закона от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» [215] ), в настоящее время судебная практика предприняла попытку расширения автономии частной воли в сфере страхования риска ответственности за нарушение договора. Высшая судебная инстанция в одном из своих определений подчеркнула, что «отсутствие в законодательстве упоминания о возможности заключения соглашений о страховании риска ответственности за нарушение договора (отсутствие соответствующего правового регулирования) означает, что отношения сторон спора подчиняются, прежде всего, условиям заключенного договора» [216]. Мотивами, которыми руководствовался суд при принятии подобного решения, стали:

- заключение подобных договоров распространено в практике страховой компании;

- страховая компания, являясь профессиональным участником рынка страховых услуг и считая себя добросовестным контрагентом, осознает правовые последствия данных договоров[217].

Довольно сложно прогнозировать, распространится ли подобный подход на иные виды имущественного страхования (включая страхование гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ).

Однако с учетом вышеизложенного, для решения проблемы правомерности использования страхования гражданской ответственности единоличных, членов

коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ необходимо четкое понимание и определение правовой природы договора страхования ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ и его структурных компонентов.

Переходя к рассмотрению правовых механизмов регламентации института страхования в целом и страхования гражданской ответственности, в частности отметим, что в мировой практике наметилось несколько тенденций в регулировании подобного рода отношений:

1) либерализация регулирования общественных отношений в сфере страхования.

Несмотря на то, что в ряде государств (Франция, Германия, Исландия и Швеция) до сих пор используется инструментарий государственного воздействия на рынке страхования[218] (введение ограничения конкуренции между страховщиками, контроль над тарифами, расчетом страховых премий и т.п.), большинство государств, включая Австрию, Нидерланды, Великобританию, придерживаются иного подхода к правовому регулированию: модели «рыночной», то есть государственный контроль ставит основной задачей регулирование того сегмента рынка, клиентами которого являются физические лица. Данная модель также характеризуется ослаблением контроля, ограничивающего конкуренцию, на смену предварительному предоставлению в надзорный орган договора страхования профессиональной ответственности на предмет соответствия его условий предъявляемым требованиям приходит закон, защищающий интересы страхователей.

2) диверсификация правовых механизмов регламентации страхования на публично-правовые и частноправовые.

Публичные механизмы распространяются на сферу организации и ведения страхового дела, обеспечения финансовой устойчивости страховых операций, то есть отношения со стороны государственных органов, контролирующих страховую деятельность, и отношения подчинения со стороны субъектов страхового дела. Ярким примером подобного регулирования могут служить положения Закона об организации страхового дела в РФ, законодательство штатов США в части требований к участникам страховых отношений.

Частноправовой механизм регламентации характеризуется:

- специальным субъектным составом:

• субъекты страхового дела (п.2 ст.4. Закона об организации страхового дела в РФ);

• страхователи, застрахованные лица, выгодоприобретатели (пп.1 п.1 ст.4.1. Закона об организации страхового дела в РФ).

- участники страхового правоотношения находятся в положении юридически равных субъектов, между которыми не возникает иерархии: «власть» - «подчинение».

Как представляется, публично-правовой механизм может «спускаться» на уровень частноправовой регламентации: примером данного процесса является императивное регулирование обязательного страхования.

3) «комплексный (межотраслевой) [219] » характер законодательства, который выражается в наличии международно-правовых, общегражданских и специальных страховых источниках регулирования.

Для целей настоящего исследования особое внимание будет уделено частноправовому механизму регламентации, обусловленное его предметом: частноправовыми отношениями в сфере страхования гражданской ответственности директоров и должностных лиц.

Страхование гражданской ответственности единоличных и членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ не получило своего легального закрепления и будучи добровольным видом страхования[220] регулируется ГК РФ, Законом об организации страхового дела в РФ, а также другими федеральными законами. Таким образом, гражданскоправовое регулирование страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ осуществляется посредством общеправового инструментария регулирования обязательств по страхованию, что влечет за собой «укладывание» сложившихся на практике отношений в легально закрепленные модели.

В ближайшей перспективе страхование гражданской ответственности членов Совета директоров, единоличного, коллегиального исполнительного органа хозяйственных обществ может получить свое законодательное закрепление в связи со следующими обстоятельствами. Вопросы ответственности органов управления хозяйственных обществ были предметом широкой дискуссии в 2008-2009 годы, в результате которой 05.10.2010г. в Государственной Думе РФ был принят в первом чтении Законопроект №394587-5 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части привлечения к ответственности членов органов управления хозяйственных обществ», направленный на совершенствование российского законодательства в сфере регулирования отношений, связанных с исполнением членами органов управления хозяйственных обществ своих обязанностей перед обществами, а

также привлечением указанных лиц к гражданско-правовой

225

ответственности» .

В сложившихся экономических условиях (интенсификация

приватизации государственных предприятий и усиление роли рыночных механизмов) наиболее оптимальной моделью регулирования страховых отношений в области ответственности органов управления юридического лица является преобладание частноправовых механизмов регламентирования при наличии публичных элементов в случае страхования гражданской ответственности директоров и должностных лиц хозяйственных обществ с государственным участием.

Поскольку назначение обязательного страхования состоит в предании страховой защиты социально значимым интересам, то применительно к страхованию ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ обязательным должно признаваться наличие полиса страхования у управленцев стратегически важных с точки зрения экономики предприятий, хозяйственных обществ с государственным участием. Не случайно на встрече представителей директорского сообщества с экс-президентом РФ Д.А. Медведевым[221] был проявлен живой интерес к страхованию гражданской ответственности единоличных/членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ как к механизму обеспечения гарантий для госкомпаний. Об особой значимости данного вида страхования свидетельствовал факт поручения Д.А. Медведевым компетентным ведомствам разработать методы внедрения страхования ответственности директоров и должностных лиц в практику госкомпаний, что рельефно выявило тенденцию введения нового вида обязательного страхования.

Как представляется, страхование гражданской ответственности директоров и должностных лиц должно остаться добровольным видом страхования[222], вектор развития которого напрямую зависит от «реальной» работы механизмов привлечения к ответственности управляющих лиц компании. Страхование и ответственность можно образно сравнить с двумя сообщающимися сосудами: чем больше управленцев будут привлечены к ответственности, тем больший интерес потенциальные страхователи начнут проявлять к институту страхования гражданской ответственности.

Обращаясь к анализу «местоположения» страхования гражданской ответственности единоличных/членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ в системе обязательств по страхованию, необходимо отметить следующее.

Традиционно в теории страхового права[223] принято выделять два вида страхования в зависимости от объекта страховой защиты: страхование ущерба (Indemnity Insurance) и страхование потерь, не имеющих денежной оценки (Non-Indemnity Insurance). Посредством страхования ущерба страхователи получают защиту от «убытков, связанных с утратой, гибелью, недостачей или повреждением определенного имущества[224]», возложенной договорной или деликтной ответственности и убытков от предпринимательской деятельности, а посредством страхования от потерь, не имеющих денежной оценки, - «интерес в охране жизни, здоровья, способности к труду, пенсионного обеспечения [225] ». Иными словами, в первом случае имеет место имущественное страхование, во втором - личное (страхование жизни и иных интересов неимущественной сферы личности). Учитывая специфику объекта страхования в том или ином виде страхования, сумма, которую обязуется уплатить страховщик при наступлении страхового случая, получила различное наименование: в страховании ущерба - сумма страхового возмещения, в страховании потерь - сумма страховой выплаты (вознаграждения[226]).

Страхование ущерба Страхование потерь, не имеющих денежной оценки
цель Восстановить имущественное положение страхователя, существовавшее до момента наступления страхового случая (доминирует восстановительная функция) Компенсировать потери, вызванные наступлением непредвиденных событий (доминирует компенсаторная функция)
Размер страхового возмещения/выплаты В момент заключения договора страхования определяются лимиты возмещения исходя из пределов действительного ущерба, который может понести страхователь. Точный размер определяется в момент наступления страхового случая. На момент заключения договора страхования Сторонами ab initio устанавливается точный размер страховой суммы на случай наступления непредвиденных обстоятельств.

Основной целью страхования гражданско-правовой ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ является защита имущественных интересов лиц, осуществляющих функции единоличного, члена коллегиального исполнительного органа хозяйственных обществ, а также хозяйственных обществ при наступлении гражданско-правовой ответственности директоров и должностных лиц. По своей правовой природе гражданско-правовая ответственность[227] управляющих лиц компании является внедоговорнои (квазиделиктной) (выделено мной - В.А.), а возмещение причиненного вреда осуществляется посредством его выражения в денежной форме (убытки).

Вышеизложенное позволяет выделять страхование гражданскоправовой ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ в качестве особого, обладающего сложной структурой, самостоятельного вида имущественного страхования.

Специфическими признаками, выделяющими страхование гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ в самостоятельный вид имущественного страхования в соответствии с действующим российским законодательством, являются:

1. Комплексный характер страховых рисков (сочетание страхования гражданской ответственности за причинение вреда в форме квазиделиктной ответственности перед обществом и третьими лицами - инвесторами, владельцами ценных бумаг,- деликтной ответственности за чужую вину, а также страхования финансовых рисков (возмещение судебных и внесудебных расходов лица, осуществляющего функции единоличного, члена коллегиального исполнительного органа хозяйственного общества, самого общества);

2. Невозможность включения в страховое покрытие неэкономических форм возмещения (неустойки, штрафов, пеней, налоговых санкций, убытков в форме упущенной выгоды) в связи с особым назначением страхования гражданско-правовой ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ;

3. Тесная связь страховых правоотношений и отношений из причинения вреда (деликтных правоотношений) [228]: возможность наступления ответственности в результате причинения вреда служит предпосылкой для заключения договора страхования;

Страхование гражданской ответственности за причинение вреда третьим лицам представляет собой разновидность имущественного страхования, целью которого является возмещение «действительного или потенциального ущерба», причиненного третьим лицам, которые не являются сторонами договора страхования и не могут быть поименованы на момент его заключения, в результате осуществления страхователем (застрахованным лицом) деятельности (Indemnity Cover). Следует отметить, что при страховании гражданской ответственности размер убытков, которые подлежат возмещению, довольно сложно оценить на момент заключения договора страхования, «так как нельзя вперед установить границы ответственности за могущие быть впоследствии причиненными третьему лицу убытки[229]», а страховой случай, наоборот, представляет собой «всегда известное чисто юридическое обстоятельство - возникновение гражданской ответственности[230]». Наличие вышеуказанных характерных черт и участие застрахованных лиц в договоре [231] сближает страхование гражданской ответственности с личным страхованием (со страхованием потерь, не имеющих денежной оценки), указывая на сложность и комплексность института страхования гражданской ответственности. Однако данное обстоятельство не превращает страхование гражданской ответственности в страхование лица на случай наступления каких-либо негативных последствий в сфере нематериальных благ (личное страхование), поскольку его конститутивными компонентами остаются имущественный характер и цель данного вида страхования, что позволяет с уверенностью квалифицировать страхование гражданской ответственности как имущественное страхование с соответствующей спецификой.

<< | >>
Источник: АЛЕЙНИКОВА ВЕРА ВАСИЛЬЕВНА. Страхование гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2016. 2016

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1. Предпосылки, причины и условия появления института страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ и особенности его правовой регламентации.:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -