<<
>>

§ 6. Меры защиты в механизме обеспечения экономической безопасности[921]

Важная роль в механизме обеспечения экономической безопасности отводится мерам защиты, реализация которых обусловлена потребностью обеспечить качественную охрану прав и законных интересов граждан и их

456 объединений в сфере экономики.

Частью 1 ст. 45 Конституции РФ определе­но, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Рос­сийской Федерации гарантируется. При этом гражданин может самостоя­тельно использовать не запрещенные законом средства[922], а также прибегнуть к государственной защите, в том числе с использованием судопроизводства[923].

Роль мер защиты в настоящее время всемерно возрастает в силу повы­шения экономической активности различных субъектов и, как результат, увеличению количества случаев нарушения прав и законных интересов уча­стников экономических отношений. Нормализация сложившейся ситуации возможна посредством широкого применения мер защиты. Вектор развития Российской Федерации как правового демократического государства должен быть направлен на восстановление нарушенных прав и свобод человека, воз­мещение причиненного граждан и других субъектов со стороны государства с последующим взысканием ущерба с его причинителя в пользу государства.

В юридической науке в настоящее время меры защиты исследованы в значительно меньшем объеме по сравнению с другими формами государст­венного принуждения, что привело к возникновению существенного пробела в теории государственного принуждения. Одним из первых обратил внима­ние на проблему мер защиты С.С. Алексеев. Он ввел в юридический оборот понятие мер защиты субъективных прав и обеспечения исполнения юридиче­ских обязанностей, под которыми понимал меры принуждения к исполнению обязанностей, направленные на восстановление нарушенных субъективных прав потерпевшего, не выражающиеся в возложении новых обязанностей и обеспечивающие восстановление прав независимо от вины лица, их нару-

924 шившего[924].

В отраслевой юридической науке идеи необходимости исследования мер защиты нашли поддержку, в частности, у Д.Н.

Бахраха, которым был от­мечен потенциал данных мер в механизме правовой охраны: «Эти меры не­посредственно направлены на восстановление нарушенных правоотношений, на принудительную реализацию невыполненной обязанности, восстановле­ние нарушенных прав. Применяя восстановительные меры, государственные органы охраняют правопорядок путем принудительного восстановления то­го, что было, возмещение того, что потеряно»[925].

В настоящее время в трудах В.Д. Ардашкина, А.Г. Бессолицына, С.В. Евдокимова, Л.М. Звягинцева, Д.Н. Кархалева, С.Н. Кожевникова, А.А. Левкова, Г.Я. Стоякина, Р.И. Тунтаева, А.В. Чертова и ряда других ис­следователей вопросы мер защиты нашли достаточно полное освещение[926].

Само понятие «защита» в настоящее время оказалось широко востребо­ванным законодателем, о чем свидетельствует название ряда законов: ФЗ «О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг»[927], ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей

при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля»[928], ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»[929], ФЗ «О защите конкурен- ции»[930],ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите ин- формации»[931].

Наряду с этим, получила распространение практика использования в текстах законов терминов «защита», «меры защиты (безопасности)» в раз­личных интерпретациях. Например, статьями 11 - 13 ФКЗ «О чрезвычайном

932

положении»[932] закреплен перечень мер, которые могут быть применены при введении данного экстраординарного правового режима. В главе 2 ФЗ «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при

933

импорте товаров»[933] регламентируются специальные защитные меры, кото­рые применяются для защиты определенных товаров. Статьей 5 ФЗ «О госу­дарственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контро­лирующих органов»[934] определен перечень мер безопасности, которые могут быть применены для обеспечения защиты жизни и здоровья данной катего­рии служащих, членов их семей, сохранности их имущества.

В статье 9 ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»[935] установ-

459 лены «меры по защите прав ребенка при осуществлении деятельности в об­ласти его образования и воспитания».

Анализ указанных, а также других нормативных правовых актов по­зволяет заключить, что законодателем акцентировано внимание на «защиту», как форму государственного принуждения. Вместе с тем, следует отметить, что указанный термин используется и при характеристике мер, которые при­меняются для гарантирования прав, оказания помощи отдельным категориям субъектов: Закон РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздей­ствию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»[936], ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»[937], ФЗ «О соци­альной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием»[938] и др. Приведенные примеры свидетельствуют о том, что законодателем придается важное значение вопросам правовой защиты.

Отмечая принудительную сущность мер защиты и их высокий потен­циал, в том числе и в механизме обеспечения экономической безопасности, следует определить их место и роль в системе государственного принужде­ния. Предварительно необходимо отметить дискуссионный характер данного вопроса. Отдельные авторы не рассматривают меры защиты в качестве само­стоятельной формы государственного принуждения[939]. По мнению Н.С. Ма- леина, для гражданского, административного, трудового права характерны санкции лишь двух видов: меры ответственности, меры защиты правопоряд­ка и субъективных прав. Данный автор проводит отождествление мер защи­ты с другими, кроме ответственности, формами государственного принужде­ния, а не обособляет их в отдельную форму.

О.В. Николайченко относит к мерам защиты как пресекательные, так и восстановительные меры[940]. Очевидно, что в данном случае объединены две самостоятельные формы государственного принуждения. Ранее в рамках данной работы мы уже отмечали, что меры пресечения тесно связаны с дру­гими формами государственного принуждения и в ряде случаев создают ус­ловия для реализации мер защиты.

С нашей точки зрения, их сущность соот­носится с сущностью государственного принуждения как особенное и общее, однако не объединенное в единую форму.

В литературе меры защиты зачастую рассматриваются как разновид­ность санкций, что влечет за собой их отождествление с юридической ответ- ственностью[941]. Так, О.Э. Лейстом при рассмотрении ответственности выде­лены две ее разновидности: правовостановительная и штрафная. По мнению автора, правовосстановительная ответственность является результатом при­менения правовых санкций за совершение правонарушений, в том числе за исполнение деликтных обязательств[942]. Эта позиция поддержана И.С. Само- щенко, М.Х. Фарукшиным[943], В.А. Тарховым[944].

Большинство авторов проводят разграничение правовосстановитель­ных мер и мер юридической ответственности (С.С. Алексеев, С.Н. Кожевни­ков, О.А. Красавчиков, В.А. Кучинский, Н.С. Малеин, П.Р. Стависский и др.). С.С. Алексеев считал, что принуждение к исполнению возложенной на лицо юридической обязанности или восстановление нарушенного состояния (при­нудительное взыскание налога, привод, задержание, арест, признание акта

недействительным, установление алиментных обязанностей и т. д.) - это не

945 юридическая ответственность, а «меры защиты» .

Аналогичную позицию разделяет В.А. Кучинский и отмечает, что вся­кое принуждение можно признать реализацией юридической ответственно­сти. Не является таковой принуждение к выполнению обязанности, сущест­вующей в обычном правоотношении, ибо в этом случае нет наказания, кары

946

за совершенное правонарушение[945][946][947].

В ходе выполнения диссертационного исследования С.В. Евдокимовым было отмечено, что в большинстве случаев имеет место объединение мер за­щиты с мерами предупреждения и пресечения. В этой связи автор приводит доводы в пользу самостоятельного мер защиты как формы государственного принуждения, обращая внимание на правовые последствия применения на­званных форм государственного принуждения.

«Если правовые последствия предупредительных (превентивных) мер заключаются в превенции возмож­ных правонарушений, а правовые последствия пресекательных мер - в пре­кращении (пресечении) правонарушения, то правовые последствия правовос- становления состоят в восстановлении (возрождении) нарушенного субъек-

тивного права в полном объеме его первоначального (до нарушения) состоя-

ния»

947

По мнению С.В. Евдокимова основные отличия между мерами защиты (правовосстанвительными мерами) и другими формами государственного принуждения заключаются в функциях, основаниях, процессе применения, порождаемых правовых последствиях, субъектной направленности, наличи­ем (невозможностью) применения альтернатив, возможностью самостоя­тельного исполнения соответствующих мер без властного вмешательства уполномоченного субъекта[948].

Вне всякого сомнения, вопрос самостоятельности статуса мер защиты, их соотношения с другими формами государственного принуждения имеет важное доктринальное и прикладное значение. Это связано с тем, что в зна­чительном числе случаев у правоприменителя имеется возможность выбора мер государственного принуждения и он должен избрать ту из них, которая наиболее эффективно разрешает текущие и перспективные задачи правоох- раны в режиме законности.

Дискуссионный характер носит вопрос использования понятийного ап­парата при характеристике данной формы государственного принуждения. Рассмотрение научной и учебной литературы позволяет заключить, что наи­более часто используются термины «меры защиты», «правовосстановитель­ные меры», «меры пресечения», «объективные санкции» и т. д. Вместе с тем, в подавляющем большинстве задействованы два термина - «меры защиты» и «правовосстановительные меры».

Так, С.Н. Кожевников, рассматривая меры защиты, понимает под ними средства правового воздействия, применяемые в целях восстановления нару­шенных прав в отношении обязанных лиц. К их числу он относит: изъятие имущества в натуре из временного владения, использования; принудительное изъятие вещи на основе виндикационного иска в гражданском праве; признание акта не действительным в административном праве; взыскание алиментов в се­мейном праве и т.

п.[949] Данный автор отмечает, что термин «меры защиты» но­сит условный характер и применяется к восстановительным мерам правового воздействия, целью которых является защита нарушенных субъективных прав.

С.С. Алексеев указывал, что меры защиты носят отчетливо выражен­ный восстановительный характер, главной целью их применения является защита права - «государственно-принудительная деятельность, направленная на осуществление «восстановительных» задач - на восстановление нарушен­

ного права, обеспечение исполнения юридической обязанности»[950]. Эта по­зиция по отождествлению мер защиты и восстановительных мер нашла от­ражение и в последующих работах данного автора[951].

А.В. Стремухов предлагает рассматривать меры (способы) защиты как средства правового воздействия, применяемые компетентными органами в отно­шении обязанных лиц или правонарушителей с целью восстановления нарушен­ного (оспоренного) права человека и ликвидации имеющегося правонарушения[952].

В отраслевой юридической науке также выделяются меры защиты в самостоятельную форму принуждения. Д.Н. Бахрах при характеристике мер защиты использует термин «восстановительные меры»: «Восстановительные меры применяются с целью возмещения причиненного ущерба, восстановле- 953 ния прежнего положения вещей»[953].

Рассматривая проблемы уголовно-процессуального принуждения, И.Л. Петрухин отождествляет меры защиты и правовостановительные меры: «Под мерами защиты правопорядка следует понимать применение компе­тентными органами государства правовосстановительных санкций или дру­гих принудительных мер для восстановления нарушенного правопорядка, обеспечения обязанностей, возложения на гражданина, общественную или государственную организацию, чтобы способствовать реализации прав, осу­ществление которых по тем или иным причинам затруднительно для гражда- нина»[954]. Данную позицию разделяет А.С. Мордовец: «В любом случае меры защиты - это государственно-принудительная деятельность, направленная на обеспечение восстановительных задач: на восстановление нарушенного пра­ва, обеспечение исполнения юридической обязанности»[955].

Рассмотрение действующего законодательства позволило А.В. Леже- нину сделать следующий вывод: «Таким образом, меры защиты - государст­венно-властная, принудительная деятельность, направленная на осуществле­ние восстановительных задач, на восстановление нарушенного права, обес­печение исполнения юридической обязанности (в гражданском праве такие меры могут быть представлены признанием сделки недействительной с воз­вращением сторон в первоначальное имущественное положение, переводом неисправного плательщика на предварительную оплату счетов, реальным ис­полнением договорных обязательств (допоставка, доукомплектование про­дукции); в семейном праве - взысканием алиментов; отобранием детей без лишения родительских прав; в административном праве - принудительным лечением; взысканием денежных сумм (налогов); в трудовом праве - восста­новлением на работе незаконно уволенных лиц)»[956].

В свою очередь С.В. Евдокимов считает, что необходимо проводить различия между «мерами защиты» и «правовосстановительными мерами». По его мнению, категория «меры защиты» заключает в себе более широкий смысл, называя среди задач, наряду с восстановлением нарушенного права, которые решаются данными мерами, предупреждение и пресечение правона­рушений. В этой связи данный автор предлагает использовать термин «пра­вовосстановительные меры», под которыми понимает «средства государст­венно-правового принудительного воздействия, применяемые управомочен­ными субъектами в целях восстановления нарушенного правоотношения (не­зависимо от субъективных оснований), путем понуждения субъекта к испол­нению ранее возложенной, но не выполненной юридической обязанности»[957].

Мы считаем, что следует согласиться с В.К. Бабаевыми и В.М. Барано­вым, которые утверждают, что меры защиты и восстановления являются то­ждественными: «Меры защиты (восстановления) - разновидность правового принуждения, представляющего собой деятельность по обеспечению испол-

465 нения юридической обязанности, защиту права (принудительное изъятие ве­щи на основе виндикационного иска, исключение имущества из описи, при­знание акта недействительным)»[958].

Вышеприведенные доктринальные наработки, а таковых большинство, позволяют сделать вывод о том, что дискуссии по поводу использования терминов «меры защиты» и «правовосстановительные меры» носят во мно­гом искусственный характер и не влияют на их содержательную характери­стику. В этой связи в дальнейшем мы будем использовать названные терми­ны в качестве синонимов.

Важнейшим индикатором, используемым для видовой идентификации мер государственного принуждения, является их целевое назначение. Нами было отмечено, что ряд авторов расширяют объем мер защиты и включает в их состав меры других форм государственного принуждения, что является результатом необоснованного расширения цели их применения. Так, А.А. Мусаткина считает, что для данных мер присущи цели «предупрежде­ния, пресечения, регулирования, восстановления, а также обеспечения безо- пасности»[959]. Очевидно, в данном случае имеет место делегирование мерам защиты целей, которые свойственны другим формам государственного при­нуждения, а именно мерам предупреждения и пресечения.

Схожий подход получил распространение и в отраслевой литературе. Л.М. Звягинцевой было отмечено, что меры защиты как средство правового воздействия (санкции), направленные на защиту субъективных прав и охра­няемых законом интересов путем пресечения или предупреждения правона­рушений, устранения препятствий в осуществлении семейных прав и приме­няемые независимо от субъективных оснований в порядке и пределах, уста­новленных законом[960]. Вместе с тем, с такой точкой зрения нельзя согласить­ся в полной мере. Автор объединил в одну группу не только собственно меры

466 защиты, но и меры предупреждения и пресечения. Очевидно, что существует взаимосвязь между мерами названных форм государственного принуждения и эффективное применение мер предупреждения и пресечения способствует достижению целей защиты, но это меры различных, самостоятельных форм государственного принуждения. Эту точку зрения поддерживают А.А. Лев- ков[961] и А.Г. Бессолицын[962].

Мы убеждены, что необоснованное расширение целевого назначения мер защиты влечет за собой их незаконное применение. В этой связи следует разделить позицию В.Д. Ардашкина, который отметил, что «назначение мер защиты: прекратить нарушение правопорядка (правовую аномалию), восста­новить нормальные правовые связи и отношения путем принуждения субъ­екта к исполнению ранее возложенной, но не выполненной юридической обязанности»[963].

Целевым назначением мер защиты можно во многом объяснить их ши­рокое применение в сфере обеспечения экономической безопасности. Это продиктовано необходимостью восстановления нарушенных в результате со­вершения экономических правонарушений субъективных прав. К числу мер защиты, которые применяются в экономической сфере, относятся: отмена правового акта, возмещение ущерба (вреда), выселение граждан из незаконно занятых жилых помещений, взыскание недоимки в бюджет, возврат незакон­но взысканных сумм, возмещение ущерба, причиненного в результате право­нарушения и др.

Вместе с тем, следует признать, что в настоящее время потенциал мер защиты в сфере обеспечения экономической безопасности применяется в не­достаточной мере. Сложившееся положение обусловлено рядом причин, сре­ди которых наиболее важной является то, что в большинстве случаев их реа-

467 лизация должна быть инициирована субъектом, чьи права нарушены или свободы ограничены. Названные субъекты в силу различных факторов, в том числе и недостаточной правовой грамотности, не могут в необходимой мере инициировать применение названных средств.

Важной характеристикой мер защиты является их закрепление в струк­туре нормы права. При этом следует отметить, что этот вопрос не получил однозначного разрешения в правовой теории. Мы обратили внимание на то обстоятельство, что многие авторы при конструировании определения поня­тия «меры защиты» отмечают, что они содержатся в санкциях правовых норм, которые отнесены к так называемым правовосстановительным санкциям. В этой связи В.В. Серегина пишет: «Нормативной основой правовосстанови­тельных форм принуждения служат так называемые правовосстановительные

964

санкции»[964].

Н.В. Кузнецов наряду с В.В. Бутневым и А.В. Цихоцким вводит в обо­рот термин «меры процессуальной защиты» и к числу их признаков относят, что они закреплены в санкциях гражданских процессуальных норм[965]. Дан­ную позицию развивает Д.Г. Нохрин: «Правовосстановительные санкции на­правлены на восстановление нарушенных субъективных прав, правопорядка в гражданском судопроизводстве и принудительное исполнение процессу­альных обязанностей. К таким санкциям относятся: отмена, полностью или в части, незаконных и необоснованных судебных актов; принудительный при­вод и меры принудительного исполнения»[966].

Вместе с тем, в литературе имеют место и отличные суждения. Так, А.А. Мусаткина отмечает, что одним из признаков мер защиты является то, что «они могут быть закреплены как в санкции, так и в диспозиции норм права»[967]. В подтверждение собственной позиции она ссылается не на закре-

468 пление мер защиты, а на меры пресечения, которые, как было отмечено ра­нее, данный автор отождествляет с мерами защиты.

Схожую позицию по данному вопросу ранее высказала Л.А. Сыроват- ская. Она отметила, что правовосстановительные меры (меры защиты), явля­ясь мерами принуждения, не относятся к санкциям, поскольку не представ­ляют собой отрицательных последствий, направленных против правонару­шителя в связи с нарушениями правовой нормы. В полном объеме этих при­знаков санкций у правовосстановительных мер (мер защиты) нет. В этой свя­зи автор делает вывод, что отграничивающим признаком отличия мер при­нуждения (защиты) от санкций являются, прежде всего, различные основа­ния для применения указанных мер. В первом случае - это либо отсутствие виновного поведения, вины; либо мера принуждения направлена на пресе­чение правонарушения, но не против правонарушителя, не ему причиняют­ся лишения. Во втором случае непременным условием применения санкции является вина, и мера принуждения причиняет лишения именно правонару- шителю[968].

По нашему мнению, Л.А. Сыроватской не учтена связь между санкцией правовой нормы и юридической обязанностью. Следует принимать во вни­мание, что юридические обязанности обеспечиваются мерами государствен­но-правового воздействия, в том числе государственным принуждением.

Очевидно, что утверждение о закреплении мер защиты, как в санкциях, так и диспозициях правовых норм, ведет к необоснованному расширению границ государственного принуждения в целом и мер защиты в частности. Культивирование подобной позиции может привести к необоснованному ог­раничению прав и свобод субъектов правовых отношений. Следует согла­ситься с мнением С.В. Евдокимова, который пишет: «Во-первых, санкции служат нормативной основой для правовосстановительных мер. Во-вторых, понятие санкции шире понятия «правовосстановительные меры», а точнее,

правовосстановительные меры - есть не что иное, как реализация санкции

969

правовой нормы»[969][970].

Важной характеристикой мер защиты является то, что их применение является реакцией на реально причиненный вред общественным отношениям. Таким образом, моментом возникновения потенциальной возможности при­менения указанных мер является реальное причинение вреда. Другими сло­вами, они представляют собой правовую реакцию на свершившийся факт. Эта особенность во многом присуща и юридической ответственности как од­ной из эффективных постпротивоправных правовых государственно - правовых реакций. Применение мер защиты до причинения вреда или в мо­мент его причинения не направлено непосредственно на восстановление на­рушенного правового состояния, и правовое воздействие в таком случае должно осуществляться при помощи мер предупреждения или пресечения. В противном случае это может быть расценено как нарушение законности.

Изучение мер защиты позволяет выделить такую их важную особен­ность, как возможность применения при виновном, а так же невиновном не­выполнении возложенной юридической обязанности. Эта характеристика отличает меры защиты от мер других форм государственного принужде-

ния, где установление вины правонарушителя имеет принципиальное зна-

чение

970

Меры предупреждения и пресечения, как и меры защиты, в незначи­тельном числе случаев, что также нами отмечалось ранее, могут быть приме­нены и в случае невиновного поведения. В этой связи противоправный факт выступает в качестве правовой аномалии, которую следует оперативно уст­ранить. Здесь императивный потенциал государственного принуждения бу­дет задействован в меньшей мере, чем при наличии противоправного винов­ного деяния.

Основанием применения мер защиты выступает невыполнение юриди­ческих обязанностей, повлекшее за собой причинение ущерба. Очевидно, что ущерб может быть причинен как в результате правонарушения, так и неви­новного поведения. В этой связи А.М. Хужин делает справедливый, с нашей точки зрения, вывод: «В данном случае субъективная сторона не имеет зна­чения для реализации мер защиты, для их применения достаточно объектив­ного факта нарушения правопорядка. Таким образом, невиновное нарушение выступает одним из фактических оснований применения мер защиты»[971].

Очень важно и, это следует учитывать при определении соотношения мер защиты с другими формами государственного принуждения, что они яв­ляются средствами постпротивоправного реагирования. Причинение ущерба запускает механизм правовосстановления-защиты, когда возникает необхо­димость вернуться к положению, которое имело место до его причинения, восстановить его.

Нельзя согласиться с точкой зрения, что меры защиты применяются при невиновном поведении, а меры ответственности - при виновном поведе­нии субъектов[972]. Данное обстоятельство позволило О.Ю. Ситковой сделать парадоксальный вывод, что «одна санкция - отмена усыновления, выступает в разных видах - мера защиты для усыновленного при отсутствии виновного поведения и мера ответственности для усыновителей при их виновном пове- дении»[973]. Учитывая тот факт, что меры защиты применяются при необходи­мости восстановления нарушенного правового состояния, то независимо от того, при наличии вины или в результате невиновного поведения был причи­нен ущерб, мера, направленная на восстановление нарушенного состояния является мерой защиты. В соответствии с п. 3 ст. 1259 ГК РФ отсутствие ви-

471 ны нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении на­рушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Важную роль при характеристике мер защиты и их реализации играет процессуальная форма, поскольку наступление правоограничений, которые возникают в результате реализации названных мер, должно осуществляться в установленном процессуальном порядке. Такой порядок выступает дейст­венной гарантией от нарушения прав лиц, в отношении которых применяют­ся меры защиты. В этой связи следует согласиться с С.В. Евдокимовым, ко­торый пишет: «Совершенствование процедур восстановления нарушенных прав и свобод индивида - важнейшая и неотложная задача Российского госу- дарства»974. Вместе с тем, О.Э. Лейст, который, как известно, не выделял ме­ры защиты в качестве самостоятельной формы государственного принужде­ния, аргументируя свою позицию, приходит к следующему выводу: «...предположение, что так называемые «меры защиты» (то есть правовос­становительные санкции) не относятся к «мерам ответственности», ведет к выводу, что они могут осуществляться вне процессуальных форм (курсив наш. - Н.М.), обеспечивающих принуждаемому защиту его прав и охраняе­мых законом интересов»[961][962]. С этим нельзя согласиться, так как все меры госу­дарственного принуждения реализуются в рамках соответствующих процес­суальных форм, отличия будут заключатся в их детализации. Широкий пере­чень мер защиты требует задействования различных процессуальных форм применения, в том числе и внесудебного порядка. Прежде всего, это касается механизмов самозащиты, когда субъекты по собственной инициативе приме­няют меры разрешенные законодательством для защиты нарушенных прав.

Анализ действующего законодательства и существующих доктриналь­ных наработок позволяет предложить следующую дефиницию: Меры защи­ты (правовосстановительные меры), применяемые в сфере экономической

безопасности, - форма государственного принуждения, система мер, при­меняемых уполномоченными субъектами в установленном процессуальном порядке в целях защиты и восстановления нарушенного правового состояния путем понуждения субъекта к исполнению ранее возложенной, но не испол­ненной обязанности независимо от вины нарушителя.

Потенциал мер защиты во многом предопределен их видовой неодно­родностью, что позволяет применять их для восстановления самых различ­ных прав в сфере экономической безопасности. В этой связи классификация мер защиты может быть проведена по следующим основаниям:

- по отраслевому критерию они могут быть подразделены на 1) кон­ституционно-правовые; 2) административно-правовые, 3) финансово-право­вые; 4) гражданско-правовые и др.,

- по субъекту, управомоченному на реализацию мер защиты:1) меры защиты, которые могут быть реализованы исключительно органами государ­ственной власти (снос самовольной постройки, взыскание убытков за нару­шение исключительных авторских прав, признание авторства); 2) меры за­щиты, реализация которых может осуществляться как с помощью органов государственной власти, так и самим управомоченным субъектом по согла­сованию с обязанным лицом; 3) меры защиты, реализация которых возможна самими потерпевшим (субъектом, которому причинен ущерб), то есть меры самозащиты (отказ от исполнения договора вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств контрагентом);

- по последствиям, вызываемым реализацией, меры защиты разделя­ются на: 1) правоустановительные меры защиты (признание субъективного права); 2) правовосстановительные меры защиты (возмещение убытков, воз­мещение ущерба и морального вреда, причиненных административным пра­вонарушением);

- в зависимости от объема охраняемых прав:1) универсальные, приме­няемые для защиты большинства субъективных прав (признание права, само­защита права, возмещение убытков, компенсация морального вреда, неприме­

нение судом акта государственного органа или органа местного самоуправле­ния, противоречащего закону); 2) специальные, применяемые для защиты от­дельных прав (изъятие материального носителя, публикация решения суда о допущенном нарушении при нарушении авторских и смежных прав);

- с учетом вида восстанавливаемого права:1) меры защиты, направ­ленные на защиту личных неимущественных прав (возмещение морального вреда, признание права); 2) меры защиты, направленные на защиту имущест­венных прав (изъятие имущества, возмещение имущественного ущерба);

- в зависимости от источника закрепления:1) меры защиты, преду­смотренные международными договорами и соглашениями; 2) меры защиты, предусмотренные национальным законодательством;

- с учетом наличия или отсутствия договорных обязательств между сторонами, меры защиты подразделяются на: 1) меры защиты, носящие до­говорной характер (устанавливаются сторонами); 2) внедоговорные меры защиты (предусмотрены действующим законодательством).

Нормами конституционного права также заложен определенный по­тенциал реализации мер защиты. Так, в соответствии с ч. 3 ст. 115 Конститу­ции РФ постановления и распоряжения Правительства РФ в случае их проти­воречия Конституции РФ, федеральным законам и указам Президента РФ могут быть отменены Президентом РФ. Данная правовосстановительная мера позволяет оперативно приводить акты Правительства РФ в соответствие с Конституцией РФ. Вместе с тем, нельзя признать удачной редакцию данной нормы, где используется формулировка «могут быть отменены». В этой свя­зи мы предлагаем следующую редакцию ч. 3 ст. 115 Конституции РФ: «По­становления и распоряжения Правительства Российской Федерации в слу­чае их противоречия Конституции Российской Федерации, федеральным за­конам и указам Президента Российской Федерации отменяются Президен­том Российской Федерации».

Следует отметить, что именно Конституционный Суд РФ играет важ­ную роль в создании условий для реализации мер защиты, поскольку в соот-

474 ветствие с п. 1 ч. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона «О Консти­туционном Суде Российской Федерации» от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ[975], он разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации норма­тивных правовых актов, договоров нормативного содержания и иных актов, действующих в современном российском государстве.

Говоря об отраслевом закреплении мер защиты в области экономиче­ской безопасности, с научной точки зрения важно обратиться, прежде всего, к сфере публичного права. Особое место меры защиты получили в отечест­венном уголовном процессе. Так, статьей 138 УПК РФ предусмотрено вос­становление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитиро­ванного, что производится в порядке, установленном ст. 399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. Если требование о возмещении вреда судом не удовлетворено или реабилитированный не со­гласен с принятым судебным решением, то он вправе обратиться в суд в по­рядке гражданского судопроизводства.

Обращает на себя внимание законодательное закрепление права реаби­литированного, который был лишен на основании судебного решения специ­альных, воинских и почетных званий, классных чинов, а также государствен­ных наград, на восстановление соответствующего звания, классного чина и

976

возвращение государственных наград[976].

Одной из важных мер защиты, применяемых в уголовном процессе, яв­ляется возмещение вреда, причиненного гражданам и юридическим лицам незаконным применением мер уголовно-процессуального принуждения (ч. 3 ст. 133 УПК РФ). Возмещение ущерба возможно только при условии, если применение мер уголовно-процессуального принуждения будет признано не­законным. Вместе с тем, в литературе обращается внимание на проблему реализации названной меры: «Однако в гл. 18 УПК, нет норм, которые уста-

475 навливали бы порядок проверки законности применения меры процессуаль­ного принуждения при производстве по уголовному делу. Это является су­щественным пробелом уголовно-процессуального законодательства и спо­собно в какой-то степени нейтрализовать заложенные в ч. 3 ст. 133 УПК воз­можности возмещения вреда от незаконных действий»[977]. Порядок возмеще­ния материального и морального вреда в случае реабилитации регламентиру­ется ст. 135-136 УПК РФ[978].

Важную роль в механизме обеспечения экономической безопасности играет такая мера защиты, как возмещение ущерба (вреда), причиненного пре­ступлениями. Так, организация возмещения ущерба, причиненного налого­выми преступлениями (ст. 198-198) утверждена совместным приказом Ген­прокуратуры России, ФНС России, МВД России, СК России[979]. Он направлен на установление механизма контроля за фактическим возмещением ущерба, причиненного налоговыми преступлениями, порядка взаимодействия право­охранительных и контролирующих органов для обеспечения эффективности возмещения ущерба, поступления в бюджетную систему Российской Феде­рации налоговой задолженности.

Следует признать оправданным, что для Федеральной налоговой служ­бы РФ одним из приоритетных направлений признается возмещение ущерба, причиненного бюджетной системе Российской Федерации. Если ущерб, при­чиненный налоговым преступлением, не возмещен, и гражданский иск не за­явлен, при наличии установленных законом оснований, государственными

обвинителями информируется прокурор, имеющий право на предъявление гражданского иска.

В случае установления фактов непринятия мер для обеспечения испол­нения приговора по делам о налоговых преступлениях в части гражданского иска государственными обвинителями заявляется ходатайство о вынесении судом частных постановлений (определений). Своевременное заявление гра­жданских исков о возмещении ущерба по делам о налоговых преступлениях и принятие мер по их реальному исполнению всемерно способствует качест­венному обеспечению экономической безопасности.

Следует отметить необходимость установления четкой взаимосвязи возмещения вреда с другими мерами уголовно-процессуального принужде­ния, в частности с залогом. Частями 9 и 10 ст. 106 УПК РФ и постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 13 декабря 2013 г. № 41 определено, что ес­ли обвиняемый (подозреваемый) нарушил требования, определенные при введении залога, то он подлежит обращению в доход государства, а в случае вынесения приговора, определения или постановления о прекращении уго­ловного преследования залог подлежит возвращению залогодателю. С уче­том того, что преступления в сфере экономики чаще всего влекут причине­ние имущественного вреда, то в случае вынесения обвинительного приговора суда, залог целесообразно обращать для возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему. В этой связи следует в ч. 9 ст. 106 УПК РФ внести следующее дополнение: «Залог обращается в доход государства по­сле возмещения имущественного вреда». Дополнить ст. 106 УПК РФ ч. 11 в следующей редакции: «При вынесении обвинительного приговора залог воз­вращается залогодателю после возмещения имущественного ущерба».

Наши идеи нашли поддержку в научной литературе, где высказывают­ся идеи о необходимости создания межотраслевого правового механизма возмещения вреда, причиненного в результате совершения экономических и коррупционных преступлений: «Он должен включать в себя нормы уголов­ного, уголовно-процессуального и гражданско-процессуального права. Его

477 назначение должно состоять в том, чтобы позволять обвинительной власти государства в лице прокуратуры компенсировать преступный вред за счет личного имущества предпринимателей. Их имущество должно считаться ре­зультатом необоснованного обогащения и подлежать вначале уголовно­процессуальной конфискации (аресту), а затем изъятию в рамках граждан­ского судопроизводства - в случае удовлетворения гражданского иска про- куратуры»[980].

В современной экономике важную роль играют финансовые отноше­ния, которые по своей сути связывают все другие экономические отношения. В силу этого их нарушение влечет за собой дезорганизацию ряда других эко­номических отношений и требует незамедлительной защиты (восстановле­ния). Это позволяет возместить потери государства, которые были причинены в результате несвоевременного или неполного исполнения финансовых обяза­тельств, что наиболее часто связано с внесением в бюджет обязательных пла­тежей, возмещением потерь, причиненных другим субъектам финансовых от­ношений в результате неисполнения или неполного исполнения обязательств финансово-правового характера. С учетом допущенного нарушения сущест­вуют отличные механизмы правовой защиты. Нарушенные права неимущест­венного характера подлежат исполнению в принудительном порядке в тех объемах, в которые они не были исполнены ранее. В отличие от них восста­новление имущественных прав требует не только исполнения невыполненной обязанности, но и возмещения имущественных потерь, которые наступили в связи с несвоевременным выполнением имущественной обязанности.

Исследовав финансово-правовое законодательство, практику его при­менения, М.Б. Разгильдиева приходит к следующему выводу: «К числу вос­становительных мер финансово-правового принуждения могут быть отнесе­ны следующие: погашение налоговой задолженности (взыскание недоимки и пени); направление суммы излишне уплаченного налогоплательщиком или

взысканного налоговым органом налога (сбора) в счет погашения недоимки или задолженности по пеням; сокращение лимитов бюджетных обязательств; изъятие бюджетных средств; списание в бесспорном порядке сумм бюджет­ных средств, выданных на возвратной основе, срок возврата которых истек, а также процентов (платы) за пользование такими бюджетными средствами; списание в бесспорном порядке сумм бюджетных средств, используемых не по целевому назначению; пени за несвоевременный возврат средств бюдже­та, предоставленных на возвратной основе, просрочку уплаты процентов за

пользование бюджетными средствами, предоставленными на возвратной ос-

нове»

981

Широкое применение меры защиты получили также в сфере публично­го администрирования. Так, по мнению Д.Н. Бахраха, к мерам защиты в ад­министративном праве следует отнести: денежный начет; взыскание ущерба в административном порядке; изъятие имущества и документов; принуди­тельное прекращение права собственности; взыскание незаконно полученно­го; снос самовольно возведенных строений и сооружений; административное выселение из жилых помещений; исполнение за счет обязанного; принуди­тельное взыскание денежных сумм; отмена незаконных актов[981][982].

Нельзя согласиться с включением в систему мер административно­правовой защиты административного задержания, временного запрета дея­тельности, ареста товаров, транспортных средств и иных вещей, медицинско­го освидетельствования состояния опьянения, помещения в психиатрический стационар лица, страдающего психическим заболеванием[983]. В данном случае произошло объединение в рамках одной формы совершенно отличных мер административного принуждения, которые относятся к предупредительным, пресекательным и процессуально-обеспечительным формам административ­ного принуждения.

Важная мера защиты закреплена ч. 2 ст. 27.1 КоАП РФ. В соответствии с данной нормой требования о возмещении материального и морального вре­да, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении и незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответст­вии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроиз-

984 водства[984].

В сфере частного права реализация мер защиты проистекает из ст. 12 ГК РФ, которой определено, что защита гражданских прав осуществляется путем: восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нару­шения; признания оспоримой сделки недействительной и применения по­следствий ее недействительности, применения последствий недействитель­ности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственно­го органа или органа местного самоуправления; компенсации морального вреда и др. Этот перечень не является исчерпывающим и дает возможность использования и других способов защиты гражданских прав. В качестве та­ковых может выступать отмена незаконных актов органов государственной власти, местного самоуправления, их должностных лиц, а также иных право­вых актов.

Следует помнить, что нормами, прежде всего частного права, преду­смотрена активная деятельность субъектов по защите своих нарушенных прав, что получило название «самозащита». Профессор В.П. Грибанов пред­ложил следующее определение: «Под самозащитой гражданских прав следу­ет понимать совершение уполномоченными лицами дозволенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав и интересов»[985].

Важную роль гражданско-правовые меры защиты играют в восстанов­лении имущественного положения лиц, существовавшего до причинения вреда. В соответствии с ч. 1 ст. 2 ГК РФ имущественные отношения являют­ся предметом правового регулирования гражданского права, и наиболее дей­ственной мерой защиты, направленной на восстановление имущественного положения, в данной сфере является предъявление виндикационного иска, то есть иска об истребовании собственником принадлежащей ему вещи, кото­рой незаконно завладело другое лицо. Данный способ применяется, когда ре­ально можно восстановить прежнее правовое положение.

Следует обратить внимание, что этот вопрос выступил предметом офи­циального толкования. Так, в соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» определено, что даже если на стадии принятия иска суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственно­сти или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии иско­вого заявления, его возвращения либо оставления без движения[986].

При восстановлении нарушенных интеллектуальных прав меры защиты также обладают существенным потенциалом, что и объясняет возросший на­учный интерес к данному вопросу[987]. Статьей 1250 ГК РФ закреплено, что интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Граж­данским кодексом РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. При этом отсутствие вины нарушителя не освобож-

481 дает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направлен­ных на защиту таких прав.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Плену­ма Высшего Арбитражного Суда РФ № 29 от 26 марта 2009 года «О некото­рых вопросах, возникших в связи с введением в действие Части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» дается толкование, что при невиновном поведении лица обоснованно не могут использоваться меры юридической ответственности, но могут быть применены меры защиты (курсив наш. - Н.М.)[988].

Важную роль меры защиты играют в трудовом праве. Так, в соответст­вии с ч. 4 ст. 4 ТК РФ лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нару­шенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда. Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 декаб­ря 2006 г. № 63 «О внесении изменений и дополнений в постановление Пле­нума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2«О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Россий­ской Федерации» закреплено, что при рассмотрении споров, связанных с от­казом в приеме на работу, необходимо иметь в виду, что труд свободен и ка­ждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также иметь равные возможности при заключении трудового договора без какой-либо дискриминации, то есть какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или уста­новления прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного

482 положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоя­тельств, не связанных с деловыми качествами работников, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (ст. 19, 37 Конституции РФ, ст. 2, 3, 64 ТК РФ, ст. 1 Конвенции МОТ № 111 1958 г. «О дискримина­ции в области труда и занятий», ратифицированной Указом Президиума Вер­ховного Совета СССР от 31 января 1961 г.)[989].

Действующим трудовым законодательством определен широкий пере­чень мер защиты: признание недействительными условий трудового догово­ра, локальных нормативных правовых актов, коллективных договоров, со­держащих условия, ограничивающие права или снижающих уровень гаран­тий работников по сравнению с установленными трудовым законодательст­вом и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудо­вого права (ст. 8, 9 ТК РФ); допущение к работе незаконно отстраненного от нее работников (ст. 76 ТК РФ); предоставление работнику в удобное для него время неиспользованной части отпуска при отзыве из отпуска (ст. 125 ТК РФ); ограничение размера удержаний из заработной платы (ст. 138 ТК РФ); восстановление работника на прежней работе, выплата работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы, изменение формулировки ос­нования увольнения на увольнение по собственному желанию (ст. 394 ТК РФ); взыскание денежных средств, причитающихся работнику (ст. 395 ТК РФ) и др. Главой 59 ТК РФ предусмотрены меры самозащиты работниками трудовых прав, что позволяет максимально проявить последним правовую активность.

В условиях экономического кризиса, когда происходит сокращение числа рабочих мест, возрастает значение такой меры, как восстановление не-

483 законного уволенного работника. В соответствие со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работ­ник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматриваю­щим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивиду­альный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять ре­шение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию. Следует отметить, что к мерам защиты относится и изменение оснований или причин увольнения в случае признания соответст­вующих формулировки увольнения неправильной или не соответствующей закону. Эта обязанность возлагается на суд в силу исключительной судебной подведомственности по индивидуальным трудовым спорам, связанным с увольнением работников.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением ус­тановленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую ра­боту суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом. Применение мер защиты при незаконном увольнении позволяет констатиро­вать оказание комплексного правовосстановительного воздействия, так как в результате подобного принудительного воздействия восстанавливаются раз­личные трудовые права.

Приведенные примеры свидетельствуют о том, что меры защиты в сфере экономической безопасности позволяют в максимальной мере восста­новить ранее существующее правовое состояние, которое было нарушено в результате совершения правонарушения или невиновного неисполнения

484 юридической обязанности. При этом максимальный эффект будет достигнут при условии их применения во взаимодействии с другими формами ГПОЭБ.

Приведенные выше результаты наших научных изысканий позволяют выделить следующие особенности, присущие мерам защиты, применяемым в сфере обеспечения экономической безопасности:

1. Они являются формой государственного принуждения.

2. Целью применения мер правовосстановления является восстановле­ние нарушенного правового состояния в экономической сфере.

3. Основанием применения данных мер являются как правонарушения, так и другие юридические факты (объективно-противоправные деяния, аномалии с правовым содержанием).

4. Применяются после реального причинения вреда потерпевшему (на­рушения субъективного права).

5. Заключаются в наложении на правонарушителя или причинителя невиновного ущерба дополнительной юридической обязанности.

6. Объектом защиты выступают как экономические права и законные интересы граждан, так и интересы общества и государства.

7. Содержатся в правовосстановительных санкциях.

8. Применяются широким кругом уполномоченных субъектов.

9. Реализуются как в судебной, так и внесудебной форме.

10. Применяются во взаимодействии с другими формами государст­венного принуждения.

***

Подводя итог характеристики основных форм государственного при­нуждения, применяемых в целях обеспечения экономической безопасности и входящих в их состав принудительных мер, следует отметить, что в процессе правоохранительной деятельности чаще имеет место комплексное примене­ние мер государственного принуждения, относящихся к различным его фор­мам. В этой связи важным видится своевременное применение необходимых

мер принуждения, поиск и эффективное сочетание соответствующих мер. Отдельным вопросам факторного анализа эффективности реализации иссле­дованных нами мер государственного принуждения в сфере обеспечения экономической безопасности будет посвящена следующая глава нашего ис­следования.

<< | >>
Источник: МАКАРЕИКО Николай Владимирович. ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ В МЕХАНИЗМЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ ПРОБЛЕМЫ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Нижний Новгород - 2016. 2016

Еще по теме § 6. Меры защиты в механизме обеспечения экономической безопасности[921]:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -