Шляхта и магнаты. Фольварк и латифундия
XVI век был периодом быстрого развития шляхетских фольварков, производящих товары для потребностей рынка. Это был шляхетский крепостнический фольварк, в хозяйственном отношении обособленное пространство земли, составляющее собственное хозяйство помещика и обрабатываемое для него непосредственно крепостными крестьянами.
Фольварк являлся лишь частью помещичьих угодий, так как в их состав входили также деревни, населенные крепостными людьми, хозяйства, которые были составной частью владений поме- щика-феодала.B основе возрастания значения магнатства было развитие магнатских латифундий, особенно на присоединенных к Короне украинских землях, но также и на землях собственно польских. Именно латифундии в XVII—XVIII вв. определяли характер общественной и экономической жизни Речи Посполитой. Охватывая ряд фольварков и деревень, а также частные города, они представляли собой обширные комплексы.
B результате все усиливавшегося закрепощения крестьян в первой половине XVI века каждый шляхтич получил всю полноту домениальной власти над своими крепостными, имевшей характер почти государственной власти. Наиболее отчетливо она выступала в магнатских латифундиях. Крупные поместья так и называли: «государствами». Их владельцы, как известно, издавали законы для своих подданных. Хозяйственные, административные и судебные функции в латифундиях исполняла целая иерархия панских урядников, рекрутировавшихся главным образом из среды обедневшей шляхты. Их называли официалистами. Для своих урядников магнаты издавали нередко письменные и даже печатные инструкции, определяющие их деятельность по управлению имениями. Организация латифундий была довольно сложной, особенно если угодья магнатов были разбросаны по нескольким воеводствам.
Шляхта в Польше в середине XVI века насчитывала около полумиллионачеловек,составляющих 8%, а в Ma- зовии даже около 20% всего населения.
Bo второй половине XVIII века общее количество шляхты составляло около 10% населения страны, что являлось самым высоким процентом в Европе. Несмотря на то что шляхетское сословие было в то время сословием замкнутым, B него проникали, достигая в XVI веке даже положения магнатов, богатые мещане (Бонеры, Фирлеи, Моршти- ны, Шембеки) путем покупки помещичьих имений. Вступая в брак со шляхтянками, они добивались включения в шляхетскую среду.C течением времени шляхта стала проявлять все большую исключительность, стараясь воспрепятствовать нобилитации новых элементов. C этой целью в конституцию 1578 года было включено положение, гласившее, что право нобилитации принадлежит только сейму. Исключение делалось лишь на время войны, когда король мог произвести нобилитацию за военные подвиги, но совершаемые на глазах, а значит, и под контролем посполитого рушения. Когда во второй половине XVIl века число нобилитированных увеличилось, шляхта потребовала ликвидации института нобилитации вообще. B результате этого в пактах-конвентах (1669 г.) явился на свет скортабелат — институт неполного шляхетства: нобилитированные не имели вплоть до третьего поколения права занимать государственные должности и избираться депутатами сеймов и сеймиков. Ограничения по отношению к новой шляхте были характерны для периода упадка феодализма, когда господствующее сословие любой ценой защищало исключительность своих привилегий.
От нобилитации следует отличать так называемый индигенат, в данном случае предоставление иностранному дворянину польского шляхетства. Предоставление индигената королем совершалось на сейме, т. e. под контролем последнего. B 1641 году было принято постановление, гласившее, что индигенат принадлежит только сейму.
Потеря шляхетства происходила через постановление суда о лишении шляхетского достоинства, а также в случае, когда шляхтич вынуждался к занятию городскими профессиями — ремеслом или торговлей.
Шляхетское равенство на практике. C XVI века шляхетское равенство акцептировалось как основной принцип, целью которого было недопущение правового обособления магнатов от остальной шляхты.
Особенно старались противодействовать употреблению родовых титулов. Княжеские титулы признавались, когда речь шла о семьях князей, гедиминовичах и рюриковичах. Были в употреблении только немногие титулы князей и графов, присвоенные отдельным шляхетским фамилиям императорами, в том числе княжеский титул Радзивиллов. Польский король имел право присваивать звания, но только иностранцам.B XVI веке наиболее активной группой внутри шляхетского сословия была средняя шляхта. Ee самые видные представители, добившись высоких должностей и имений, становились нередко «новой» олигархией (например, «шляхетский трибун» Ян Замойский — впоследствии великий гетман и коронный канцлер). Это движение новой аристократии ослабляло среднюю шляхту, но она продолжала играть решающую роль и во второй половине XVI века. Оставляя Сенат магнатам, она овладела земскими учреждениями, посылала своих послов в сейм, а с 1578 года — депутатов в Коронный трибунал.
Имущественные и политические права шляхты в XVI веке продолжали укрепляться. Оседлый шляхтич был еДинстбенным полноправным гражданином Речи Посполитой.Избиравшая короля, утверждавшая законы, налоги и могущая отказать королю в послушании польская шляхта отождествляла себя с нацией, из которой исключала другие сословия. Так установилось понятие «шляхетской нации». K ней причислялась литовская, белорусская и украинская шляхта, и исключались польские крестьяне и мещане.
Остальная шляхта — это «серая» масса различного уровня зажиточности и звания. Существовала шляхта загродова (мелкопоместная)—многочисленная в Мазо- вии, Подляшье и Жмуди (Жемайтии). Это были мелкие землевладельцы, самостоятельные производители, не имевшие крепостных. Наряду с ними существовал немногочисленный в XVI веке, но увеличивавшийся в последующих столетиях слой шляхты, не имевшей земельной собственности. Его называли шляхтой-голотой (голытьбой).
B период после 1569 года польские магнаты смешивались с белорусско-литовской и украинской знатью, которая, полонизируясь, усиливала польское магнатство.
Приобретая имения на исконно польских землях, они основывали здесь свои резиденции, сохраняя за собой латифундии и на востоке. Магнаты занимали места в Сенате, должности в важных учреждениях и верховодили в наилучших староствах. B XVII веке магнатство стало решающей силой в Речи Посполитой. Это стало особенно видно после мятежа Любомирского (1665— 1666 гг.). Параллельно росла пауперизация мелкой шляхты. Значительная ее часть пополняла ряды шляхетской голытьбы; уменьшилось также количество земли, находившейся в руках средней шляхты, особенно после бедствий середины XVII века. За счет средней и мелкой шляхетской собственности росли латифундии магнатов уже не только на Украине и Литве, но и на собственных польских землях.Вокруг магната сплачивалась шляхта, ищущая его протекции. C падением авторитета государственной власти магнат обеспечивал шляхте защиту ее жизни и имущества, а зачастую и содержание взамен за службу в латифундии или же в своем войске. Служилый шляхтич присягал своему господину на верность через рукопожатие, поэтому его называли рукодайным слугой. Стала попадать в зависимость от магнатов также часть средней шляхты, обедневшей вследствие войн XVII века. Наиболее частой формой зависимости средней шляхты была аренда деревни или фольварка в магнатских латифундиях. Ta шляхта, которая не попала в материальную зависимость от магнатов, оказывалась под их политическим влиянием. Время от времени проявлялась во время некоторых конфедераций оппозиция против господства магнатов, однако сила была уже на стороне последних.