Условия эффективного применения теорий в практике государственного регулирования экономики
В предыдущем изложении рассмотрены не только экономические теории государственного регулирования, но и опыт их применения в практике реформ США и Западной Европы. Все это государства с развитой рыночной экономикой.
Какие же выводы можно сделать относительно условий, определивших как успех, так и неудачи преобразований?Во всех случаях, когда реформы оказывались эффективными, в их основе лежала тщательно обоснованная стратегия. Последняя, в свою очередь, опиралась на экономическую теорию (или ряд взаимосвязанных теоретических позиций). Это позволяло четко определить цели реформ, возможности и границы использования рыночного механизма, место, роль и функции государства, его взаимодействие с законами рынка. Успех приносило применение тех теоретических принципов, которые наиболее точно отражали не только экономические закономерности, но и специфику страны, т. е. исторические, социально-экономические особенности, своеобразие менталитета населения, своеобразие этапа развития. Таким образом, важнейшим условием эффективности реформ был правильный выбор концепции из многих альтернатив, предлагаемых современной наукой.
В то же время опыт длительного использования государством определенных теорий свидетельствует об ограниченности научных знаний. Теории не свободны от ошибок, которые обычно выявляются лишь с течением времени. Кроме того, даже самые передовые научные знания рано или поздно устаревают, особенно в таком быстро меняющемся мире, как рыночная экономика. Ошибок не избежали ни кейнсианство, ни монетаризм, ни институционализм. В частности, кейнсианцы, научив государство непомерно расходовать бюджетные средства, не учли опасность, которую несет рыночной экономике инфляция, и не предусмотрели мер ее ограничения. Монетаристы настаивали в 70-х гг. на повышении банковского процента как одной из существенных мер антиинфляционной политики, не учитывая возможного отрицательного воздействия этой меры на предпринимательскую активность в условиях имевшей место в тот период стагнации экономики.
Французские “дирижис- ты” предлагали усилить государственное вмешательство в экономику в условиях растущей интернационализации капитала и развития европейской интеграции, требующей, напротив, либерализации экономики.Очень большое значение как для практики государственного регулирования экономики, так и для ее теоретического отражения, имеет опыт российских реформ начала 90-х гг. Опыт, к сожалению, неудачный. Мировая экономическая наука в то время не имела (и не могла иметь) теории перехода от командно- административной системы к рыночной. В ее арсенале были концепции преодоления инфляции, экономического кризиса, структурной перестройки экономики, но все они касались развитой рыночной системы, предлагали пути стимулирования столетиями действующего рыночного механизма.
В России же рыночный механизм едва начал формироваться. Он, как показал опыт, был не способен самостоятельно, без помощи государства, решать задачи, которые поставили реформаторы. Большинство институтов, необходимых для функционирования рынка, в стране отсутствовало. Экономика была поражена тяжелейшими деформациями структуры. Этого не способен был преодолеть самый высоко развитый рыночный механизм. Быть может, в этих условиях стоило вспомнить о французском государственном дирижизме, сумевшем преодолеть структурные диспропорции французской экономики, сложившиеся после Второй мировой войны.
Но в 80-90-е гг. мир западных экономистов поклонялся не государству, а рынку. Теоретической основой российских реформ было избрано самое популярное в то время течение западной науки — монетаризм. Перенесение на российскую почву весьма эффективно работавшей на Западе теории сослужило плохую службу не только России, но и самой теории монетаризма, которая стала быстро утрачивать свою былую популярность.
Односторонне избранная монетарная ориентация недостаточно учитывала опыт реформирования экономики на Западе. Для преодоления кризиса и инфляции во второй половине 70-х — начале 80-х гг. в западных странах использовались не только антиинфляционные предложения монетаризма в области денежной политики, но и концепции стимулирования производства при помощи кардинального изменения налоговой политики, разработанные сторонниками теории предложения.
Монетарная ориентация не учитывала и чрезвычайно низкого жизненного уровня россиян в тот период, что было несовместимо с осуществлением двух важных предложений монетаризма: ограничением заработной платы и сокращением бюджетных расходов на социальные нужды. Не был принят во внимание и весьма специфический менталитет россиян, прежде всего, воспитанная десятилетиями привычка к государственному патернализму.
Культура экономических преобразований должна опираться на глубокое и всестороннее знание того богатства, которое накоплено современной наукой. Она предполагает и умение распорядиться этим богатым арсеналом, т.е. осуществить правильный выбор из предлагаемых наукой альтернатив. Это, в свою очередь, требует глубокого всестороннего знания социально- экономических условий страны, психологии населения, его готовности принять предложенную экономическую стратегию и ее цели. Только тогда в стране будет достигнут консенсус, необходимый, как считают создатели теорий государственного регулирования экономики всех без исключения направлений, для эффективного осуществления реформ.