Новый общественный договор: «права томагавка»
В хаосе неопределенности по поводу законов, земли и прав собственности поселенцы поняли, что главное — жить в мире между собой, а для этого нужен хоть какой-то порядок, пусть даже он будет за рамками легального закона.
Скваттеры начали изобретать собственные разновидности прав собственности, известные как «права томагавка», «права хижины» и «права посевов». Для закрепления «права томагавка» было достаточно окольцевать несколько деревьев у источника и пометить хотя бы один ствол инициалами того, кто провел обустройство. Уже в 1660-х гг. среди скваттеров Мэриленда распространился обычай метить деревья на участке, выбранном для освоения, в ожидании того, когда «главный землемер» колонии даст разрешение на его обмер . К концу американской революции практика закрепления права собственности с помощью помеченных деревьев распространилась настолько, что один армейский чиновник писал министру обороны: «Эти люди на пограничных территориях привыкли занимать лучшие земли, для чего используют "права томагавка или обустройства", как они это называют, и предполагается, что это в достаточной степени закрепляет их право собственности»27.«Права хижины» и «права посевов» означали, что для закрепления земли в собственность достаточно поставить на ней хижину или вырастить урожай зерна. Существенно, что эти внелегальные права покупали, продавали и передавали — все как с официальными правами собственности28. И хотя «права хижины» или «посевов» не признавались законом, не приходится сомневаться, что такие внелегальные права собственности помогали избегать вражды, признавались жителями приграничных территорий и спустя годы были конвертированы в легальные права собственности.
Хотя местные политики неявно признавали этот внелегальный способ действий, скваттеры были окружены враждебностью. Занимая земли индейских племен, они постоянно провоцировали конфликты. Кроме того, скваттеры представляли собой угрозу для богатых семей, которые опасались за сохранность своих обширных земельных владений. Вот почему один из видных членов элиты тогдашнего общества, Джордж Вашингтон, сетовал в 1785 г. на «банды, бросающие открытый вызов всем властям, присваивающие в обход многих самые лакомые кусочки страны»29.