15.1 ИСТОРИЯ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ ГОСУДАРСТВА И РЫНКА

На протяжении всей истории человечества еще не создано общества, в котором не было бы политической власти. Государство выполняет многочисленные политические, военные, правовые, экономические и другие функции.

С экономической точки зрения, государство - это все правительственные учреждения, имеющие юридическую и политическую власть для осуществления в случае необходимости контроля над домашними хозяйствами (потреблением), фирмами (производством) и всем рынком для достижения общественных целей.

На разных этапах исторического развития роль государства была различной.

В условиях становления рыночного хозяйства, в обстановке острой борьбы с абсолютистской монархической властью, создавшей непреодолимые преграды на пути развития рыночных сил сложилась либеральная (классическая) традиция в понимании роли государства.

Лозунг «Laisser faire» («пусть все идет так, как идет»), выдвинутый физиократами и всесторонне обоснованный Адамом Смитом, был отражением требования предпринимателей расширить свободу экономических действий, устранить препятствия с пути конкурентного рыночного хозяйства.

Эта традиция была порождена неограниченной верой в могущество и эффективность «невидимой руки рынка». Отсюда и представление о роли государства как ночного сторожа, призванного лишь охранять частную собственность и свободу основанных на ней отношений, создавать и обеспечивать для них необходимые правовые рамки.

Однако, после того как либеральные идеи одержали верх и буржуазия овладела политической властью, государство в ночного сторожа рыночного хозяйства не превратилось. Оно было вынуждено вмешиваться в экономические и социальные отношения в своей стране, не говоря уже о борьбе за ее место на мировом рынке.

Государство сыграло важную роль в становлении инфраструктуры народного хозяйства, оборонной и некоторых других отраслей промышленности, финансово-банковской системы, в регулировании денежного обращения.

На протяжении всего последующего развития практически во всех странах велась непрекращающаяся борьба между сторонниками свободного рынка и защитниками государственного вмешательства в экономику. При этом речь шла не о категорическом, принципиальном отрицании необходимости участия государства в экономике, а о его границах и сферах, объектах и субъектах, формах и методах, об его социальной цене.

В середине ХХ столетия, особенно после «великой депрессии» конца 20-х – начала 30-х годов, стало очевидно, что в условиях высокой степени концентрации производства, усложнения экономических связей рыночный механизм регулирования, особенно на макроуровне, начинает давать серьезные сбои.

С этого времени до середины 70-х годов экономическая политика развитых стран опиралась на модель государственного вмешательства в экономику, разработанную выдающимся английским экономистом Дж. М. Кейнсом (1883 – 1946), которая была призвана служить стабилизации экономики, регулированию занятости, смягчению циклических колебаний.

Главная роль в этой модели отводилась финансово-бюджетным инструментам, подчиненную роль играли инструменты денежной политики.

Кейнсианская концепция предусматривала увеличение государственного сектора, усиление роли государства и развитии ключевых отраслей промышленности, в создании экономической и социальной инфраструктуры. Были задействованы новые институты и регуляторы, в том числе индикативного и стратегического планирования, государственной поддержки частного сектора. Получила дальнейшее развитие антимонопольная политика, оказавшая влияние на изменение структуры рынков и защиту конкурентного механизма от деформаций, связанных с действиями монополий.

Важным моментом трансформации природы и роли государства явилось формирование социального «трансфертного» государства, т.е. государства, проводящего активную социальную политику путем перераспределения значительной доли общественного продукта.

Обычно этот феномен связывают с приходом к власти в ряде европейских это стран социалистических партий. Противники огосударствления экономики, опираясь на недовольство крупного бизнеса, большая доля прибылей которого изымалась в общественные фонды, стали критиковать власти за снижение эффективности экономики. Они отмечали, что социал-демократическая модель привела к созданию «перегруженного государства».

С середины 70-х годов в большинстве развитых стран начал набирать силу так называемый неконсервативный сдвиг с его лозунгом «минимального государства».

Возобладала тенденция к приватиза­ции государственных предприятий, кото­рые превратились в барьер на пути соци­ально - экономического прогресса, требующего большей гибкости и адаптивности к быстро меняющимся условиям. Путем акционирования государственных предприятий, внедрения конкурентно-рыночных принципов в их управление, создания смешанных форм государственно-частной и государственно-коллективной собственности начала реализоваться иная система интересов и отношений, чем несколько десятилетий назад, стали развиваются новые формы предпринимательства, основанного на более тесной интеграции и взаимопроникновении общественных и частных интересов.

Обосновывая подходы к государственному вмешательству в экономику, западные теоретики обычно ссылаются на две симметричные концепции: «фиаско рынка» и «фиаско государства». (Fiasco– итальянское слово, которое обозначает провал, полную неудачу, неуспех).

В то время как «государственники» исходят из «фиаско рынка», неоконсерваторы обосновывают необходимость приватизации и дерегулирования, делая упор на «фиаско государства», которое, по их мнению, перевешивает «фиаско рынка».

По-видимому, в равной степени правы и неправы и те, и другие.

Абсолютизация рыночных сил и государственного регулирования, так же как и их отрицание, не имеет достаточных оснований. Необходимо их сочетание. Там, где рынок не может обеспечить оптимальное распределение ресурсов и, следовательно, терпит неудачу, рыночное саморегулирование должно быть дополнено различными формами государственного участия.

На практике неоконсервативная волна, сопровождающаяся острой критикой государственного вмешательства, отнюдь не привела к его демонтажу, устранению из экономики и возврату к роли лишь ночного сторожа и «невидимой руке рынка». Кейнсианское наследие не отброшено, а скорее приспособлено к новым условиям, модернизировано и трансформировано в более гибкие формы экономического регулирования.

Все это позволило развитым индустриальным странам осуществить глубокую технологическую и структурную перестройку в соответствии с требованиями нового этапа НТР, гибким характером высоких технологий, информатизацией общества, ресурсосбережением, интернационализацией хозяйственных процессов.