США мстят Франции
В ответ на это (как он это рассматривал) невыносимое французское вмешательство в американскую денежную систему Вашингтон, поддерживаемый банками Уолл Стрит, пошел в полномасштабное экономическое наступление на Францию и французский франк.
Причиной стала роль Франции как основной сторонницы денежно кредитной реформы. Чтобы дискредитировать французскую идею денежно кредитной реформы, банки Уолл Стрит и Вашингтон решили подорвать валютную и финансовую стабильность Франции. К началу 1968 года развернулась полномасштабная валютная война, которая, впрочем, открыто не декларировалось. Более того, всё проделывалось негласно, однако всем участникам рынка было очевидно, что позади последующего бегства из франка и утечки французских золотых запасов стояли именно американские банки.Бегство было спровоцировано нью йоркскими банками, резко изымавшими свои депозиты из французских банков и скупавшими вместо этого немецкие марки. Это был основной удар. Вашингтон оказал давление на западногерманские банки, чтобы те последовали его примеру, заявляя об общей нехватке уверенности во французской валютной политике, а не о том, что ведётся американская финансовая война. Вашингтон ограничил французский импорт в США и посоветовал американцам не ездить во Францию на каникулы.
Американские компании, которые инвестировали во Францию, начали без лишнего шума выводить свои капиталы из Франции, оказывая дальнейшее давление на франк. {717}
Тогда, выбрав момент, который, возможно, едва ли был случайным, малоизвестная радикальная левая анархистская секта, «Ситуационист Интернэшнл» внезапно вырвалась на французскую левую политическую арену, получая экстраординарное освещение в господствующих англо американских СМИ, таких, как лондонский «Экономист». Они явно появились неизвестно откуда и рисовались как лидеры студенческого правительства в Университете Западный Париж («Нантер ля Дефанс») и как влиятельная сила в студенческом движении Сорбонны.
Уолл Стрит и лондонский Сити воспользовались широко освещавшимся в прессе восстанием студентов Парижского университета в мае 1968 года.
Несмотря на очевидность широкого распространения и политического разнообразия студенческого движения вокруг Сорбонны, СМИ в одну ночь сделали молодого радикала, дармоеда ситуациониста Даниэля Кон Бендита известным как «Че Гевара» французских и германских левых. Кон Бендит входил в группу, которая организовывала забастовку протеста 12 тысяч студентов в ноябре 1967 года против переполнения университетских помещений. В предыдущие 10 лет учащееся население Франции выросло от 170 000 до 514 000 человек. Общая площадь, покрытая университетскими зданиями, с 1962 года удвоилась, но число студентов почти утроились. Строения отчаянно не соответствовали новой ситуации, и переполнение зданий стало серьёзной проблемой. Это было фоном или социальным трутом. Требовалось совсем немного, чтобы высечь искру. {718}Позиции де Голля были ослаблены, а общественная поддержка тяжко пострадала от финансового кризиса и жестокости полиции против студентов и их сторонников в мае 1968 года, события, которые агентства американской разведки, действовавшие в гуще студентов, по крайней мере, поощряли. {719} Год спустя, в апреле 1969 де Голль ушел в отставку.
Круги, управляющие финансовой атакой на франк искусно распустили слух, что немецкую марку собираются повторно повысить против франка, что и далее подпитывало панические продажи французской валюты и утечку французского золота. Когда накал студенческих протестов спал, результат финансового кризиса стал очевидным: разрушительная утечка французских резервов и ухудшение международной финансовой способности Франции стать угрозой доллару.
Между мартом 1968 года и мартом 1969?го французские золотовалютные резервы упали на 80%, поскольку Банк Франции безуспешно попытался защитить паритет франка к доллару. К августу 1969 года Франция была вынуждена обесценить свою валюту на 12%. К октябрю западногерманские финансовые органы были вынуждены переоценить немецкую марку на 8% выше, увеличив на 20% разрыв между двумя самыми сильными экономическими системами Европейского Экономического Сообщества.
Германия была не в том положении, чтобы поддержать французское требование реформы денежно кредитного порядка или сопротивляться давлению американских банков, требующих присоединиться к атаке на франк. Она боялась вывода американских войск, на что намекнул Вашингтон. Без американского военного присутствия как последней гарантии американского ядерного зонтика Германия чувствовала себя перед СССР очень неуютно.
С помощью финансовой атаки на режим де Голля Уолл Стрит и Федеральная резервная система выиграли немного времени прежде, чем фокус внимания снова вернулся к уязвимости доллара. Отсрочка продлилась недолго. Атаки на доллар скоро возобновились.